Здесь все начнется

– Хейзел, ты куда пропала? – раздался голос из скайпа. Блин!

Я подбежала к ноутбуку, наклонилась перед кроватью спиной к Чарли.

– Ребята, мне надо бежать. Всех целую, обнимаю. Пока-пока! – я нажала на красную трубку и повернулась к Чарли.

– К Монике ты тоже так являлся? – скрестила я руки на груди.

– Нет, я пользовался дверью.

– Ну конечно, – отвела я взгляд.

– Кто там у тебя? – указал он на ноутбук.

– Мои друзья.

Эти пару дней мы с Чарли почти не виделись, лишь мельком удавалось друг на друга взглянуть.

Но мы переписывались. Я не знаю, как относится ко мне Чарли и чего он от меня хочет. Это дружба или что-то большее? Я ему вообще нравлюсь? Боже мой! А если да, то это плохо! Его любит моя сестра, и этим все сказано. Точка.

– Почему твой холст пустой? – спросил Чарли.

– Потому что мне нужно нарисовать портрет, – вздохнула я и села на кровать.

– Чей?

– Близкого человека.

– Хм, – расплылся в улыбке Чарли.

– Что? – наклонила я голову.

– Можешь нарисовать меня.

– Тебя? – он кивнул.

 – Знаешь что? А это идея, – улыбнулась я.

– Итак, когда тебе нужно его сдать?

– В понедельник.

– Тогда, Хейзел Монро, – подошел он ближе, – тебе придется терпеть меня каждый день.

– Или тебе меня, – пожала я плечами.

– Это вряд ли, – отвел он взгляд.

Мы решили, что лучше всего рисовать портрет на моем балконе. Он сел на мой диванчик и смотрел в сторону океана. Его лицо было спокойным и безмятежным. Его глаза говорили о том, что сейчас он чувствовал себя очень хорошо.

Возможно, какая-то часть меня надеется, что он такой из-за того, что рядом со мной.

– Ты такая сосредоточенная. То и дело хмуришь брови. Такой я тебя еще не видел.

– Перестань болтать, – улыбнулась я и стрельнула в него глазами. Он изобразил, что закрывает рот на замок и выбрасывает ключ.

Спустя пять минут.

– Все, я так не могу, – не выдержал он, и я отложила кисть. – Если мне нельзя разговаривать, может, ты мне что-то расскажешь? Ты сможешь рисовать и говорить одновременно? – подался он вперед.

– Смогу. Что ты хочешь узнать?

– Позволено ли мне спросить, как так получилось, что ты и Моника сводные сестры?

Я на секунду замерла, мой взгляд затуманился, но затем я медленно кивнула и пустилась в рассказ.

– Мой папа иногда ездил в командировки, такая у него работа, сам знаешь. Он до сих пор ездит, но теперь с Трэйси. Когда мне было десять, я услышала, как мама кричала на папу. Его слышно не было, только ее, – сглотнула я.