Здесь все начнется

Он вел по моему животу одним лишь средним пальцем, и я выгнулась от того, как это было приятно. Чарли практически зарычал, ведь я уперлась своей попой в него. Он не выдержал, резко развернул меня и залез сверху, пристроившись между ног. Его рука блуждала по моему лицу, а затем и шее. Его глаза изучали мои. Я вот-вот закричу от того, как болезненно скручивается низ моего живота.

Чарли провел пальцами по моему бедру и опустился к губам. Он вот-вот меня поцелует. Он уже наклоняется, чтобы прикоснуться к ним.

– Хейзел! Не проспи! – крикнула Моника и постучала в дверь.

Затем раздались шаги, она ушла.

– Да они издеваются? – с недовольным стоном слез с меня Чарли.

– Они увидят тебя, – заметалась я по комнате. – О боже!

– Хейзел, успокойся. Я спущусь через балкон, они не увидят меня.

– Ты уверен?

– Уверен, – улыбнулся он и подошел ко мне. – Кажется, ты забыла поставить будильник.

Его рука легла на мои волосы, он притянул мою голову к себе и поцеловал в щеку. Затем он скрылся на балконе.

Чарли ушел, а вот бабочки в моем животе устроили настоящий беспорядок.

Глава 11

Последний день учебы на этой неделе начался не так, как я себе его представляла. Какой-то придурок подкатывал ко мне на лекции по истории, и я до последнего старалась держаться дружелюбно. Даже когда ему сказали отвалить Лилит и ее брат-близнец, он от них отмахнулся. Тогда я не выдержала и сказала ему, что он не в моем вкусе и совершенно меня не интересует. Неприятно? Но зато это правда. И куда неприятнее то, что человек не понимает, когда с ним не хотят разговаривать.

Он практически принуждает к общению с ним.

В столовой он решил мне отомстить. Этот козел подошел ко мне и плеснул горячий кофе прямо в грудь. Во-первых, это очень больно. Во-вторых, кажется, все люди в столовой замерли, увидев это. Боже мой, как же стыдно. Но он лишь ухмыльнулся и, посвистывая, направился прочь из столовой.

Я забежала в женский туалет и тут же сняла с себя блузку. Моя грудь была красной. Я взяла бумажное полотенце, смочила холодной водой, немного пропитала грудь и встала под сушилку для рук.

Прохлада помогала. Стало так обидно, что я расплакалась. Теперь все будут обсуждать это.

– Эстелла, – всхлипнула я в трубку.

– Хейзел, ты плачешь? Что случилось?

– Ты не могла бы прийти в женский туалет на первом этаже?

– Да, сейчас.

Столовая находилась на первом этаже, поэтому я побежала в самый ближайший туалет. Не хотелось встретить еще пару любопытных глаз.