Времена испытаний

А вот из разлагающихся трупов вирус мог распространяться очень даже легко: каким-то образом он связывался только с живыми клетками, а после смерти организма-носителя мог снова высвобождаться. Ясно было, что он получен искусственно – видимо ученые на Аури постарались на славу, создав столь смертоносное средство.

Но они просчитались – вакцину создать не удалось, и таким, образом, аназийские диверсанты выпуская вирус на свободу на острове христосцев, вырыли яму очень и очень многим на Аури, если не всем.

Возможно, это действительно была кара Божья за всех грехи, что тамошнее человечество успело совершить.

Тем не менее, параллельно с медицинскими исследованиями Ангела успела добыть несколько шкур медведей, собрала и насушила грибов, ягода, навялила мяса и рыбу.

Чтобы замедлить болезнетворные процессы в организме любимого, Ангела решила использовать специальный прибор, замедлявший все обменные процессы. Расчет был на то, что и развитие болезни замедлится, и Ангела выиграет время в этой борьбе с Аназийской чумой, как она сама стала назвать эту рукотворную напасть.

Она подключила аппарат к Камрину, а сама продолжила поиск лекарства.

Время летело, а состояние Камрина, несмотря на все усилия Ангелы, хоть и медленно, но становилось все хуже.

Ангела вдруг вспомнила, что среди медицинского оборудования есть прибор, который фериняне использовали для увеличения продолжительности жизни – с его помощью воздействовали определенным образом на геном человека и замедляли функцию «гена старения».

Благодаря использованию данной технологии фериняне жили по несколько сот лет.

Ангела провела курс по продлению жизни, но все показания остались на прежнем уровне – организм Камрина, судя по показаниям приборов, медленно угасал.

У девушки опустились руки: она перепробовала все, провела множество бессонных ночей – и напрасно.

Ангела вышла из пещеры в темноту позднего вечера, в уже слегка морозный воздух – в этой местности и ранней осенью, видимо, случались заморозки, и от ее тяжелого дыхания изо рта вырывался парок.

Все было напрасно, все…

Ангела хотела заплакать, но, казалось, в глазах не осталось слез. Да и сил не оставалось уже ни на что – даже на плач.

– Господи, – простонала девушка, – господи…

Она упала на колени, и, устремив сухие, воспаленные глаза к небу, на котором все ярче разгорались незнакомые созвездия, начала молиться.