Операция «КЛОНдайк»

– Леонид Ярославович… – сказала она, подойдя к нему, и тут же поправилась: – Леонид, я хочу вас попросить…

– Опять «вы»? – недовольно поморщился тот. – Мы же вчера вроде перешли на «ты»!

– Ну хорошо, хорошо, – покорно согласилась она. – Леонид, я хочу тебя попросить… Мы же с тобой договаривались, что ты не будешь на меня наседать, но ты…

– Разве ж я наседаю?! – воскликнул Леонид. – Я только поцеловал тебя и все!

Есения слегка покраснела и возразила:

– Возможно, для тебя это и «только», для меня же это много значит…

– Ты так говоришь, как будто раньше никогда не целовалась, – улыбнулся Леонид, подходя к ней вплотную.

 – Что тебя так беспокоит? Тебе было неприятно?

– Нет, что ты, наоборот! – поспешно возразила она и тут же залилась краской. – Но меня это ко многому обязывает… а я бы не хотела сейчас брать на себя обязательства и принимать какие-либо решения. Давай договоримся, что мы с тобой вместе отдыхаем, но в пределах определенных рамок… Иначе я буду вынуждена уехать, хотя мне этого, честное слово, совсем не хочется…

– Раз это так для тебя важно, – сказал Леонид, – то я готов сделать все, чтобы ты чувствовала себя в безопасности.

Постараюсь держать себя в руках, хотя мне этого, честное слово, совсем не хочется…

Он вовсе был не намерен шутить, но, повторив слово в слово ее же слова и осознав это, рассмеялся и попросил Есению:

– Послушай, давай все упростим, а то я чувствую себя неловко. Я буду держать себя в руках, но прошу тебя – ты со своей стороны этого, пожалуйста, не делай! Как только ты почувствуешь, что хочешь, чтобы я тебя целовал, – так сразу и скажи мне! Пообещай мне это… или… – Леонид огляделся, – …или я от отчаяния и безнадежности заберусь вон на то дерево и спрыгну оттуда вниз головой!

– Ох мне, какие страсти! – раздался вдруг насмешливый голос деда Охмнетыча, вышедшего из дома на крыльцо.

 – И кто это тебе, Ярославич, позволит у меня в саду смертоубийством заниматься! – И строго добавил: – Не наседай на девушку, а то придется тебя закопать живьем под тем же деревом без всяких прыжков.

– Прохор Дмитриевич, да вы что! – в шутку ужаснулась Есения, поворачиваясь к нему. – Это же слишком жестоко! Никак не ожидала от вас!

– Ну вот… – проворчал дед, скрывая улыбку. – Думал заступиться и тут же получил отповедь! Идите завтракать, у меня уже все готово.

– Нет, нет, спасибо, Прохор Дмитриевич, не беспокойтесь, – поспешно возразила Есения. – Мы позавтракаем в санатории.

– Ну смотрите.