Джинн. Книга вторая

– Все караваны отходят еще до рассвета, – сказал ей мужчина, любовно почесывающий свою животину. – А куда тебе надо?

– Мне надо в Чад, – ответила Аданная.

– Ого, – удивился Мужчина, – далековато будет. Сам я еду в эту сторону в конце этой недели, но до самого Чада отсюда мало кто едет. Придется ехать с пересадками.

– В конце недели?… – огорчилась Аданная.

– Я могу поспрашивать, красавица, но лучше будет, если твой хозяин сам придет. Ты уж скажи ему про меня, я не дорого возьму, – он улыбнулся. Его кривые зубы ещё долго маячили перед глазами по дороге домой.

Он подумал, что она служанка, но почему? Неужели так трудно заметить, что она готова к дальней дороге. «Ах! Вот же! А где же сумка!?» «Неужели я забыла её под лестницей?» Аданная чуть не расплакалась. «Как можно быть такой рассеянной!?» Но возвращаться она не стала.

У дома стояла толпа. Аданная не стала вдаваться в подробности, но до её ушей не могло не долететь несколько фраз таких как. «Какой хороший был мужчина», «Отец трёх дочерей», «Жить и жить», «Пусть горит в аду этот бандит!»

Аданная пробилась сквозь толпу.

Служанки вовсю болтали с окружающими. Джинн сидел на ступенях и курил трубку. Он посмотрел на неё и сказал. «Иди в дом». Она с остекленевшим взглядом, не верящим в эту картину, вошла.

Там стояла тишина, нарушаемая лишь пением её сестер, доносившимся из глубины дома. Они сидела по обе стороны от гроба, в котором во всю длину растянулся её самый близкий человек. Девочки безмолвно плакали, повторяя оду и ту же мелодию.

Кухарка поднялась и обняла Аданнаю.

«Он спит», – сказала она. – «Не бойся, он спит».

В тот же день после обеда состоялись похороны, ибо у мусульман не принято отмаливать покойника трое суток. Джинн устроил всю эту процессию. Еще ночью ему пришлось послать за гробовщиком. К мулле обращаться он не хотел, но местные настояли. Пойманного мужика увели стражи, и после всех совершенных дел он выбрался на крыльцо забить трубочку как следует. Девочки помогали ему, как могли, что само собой удивило.

Они подходили и спрашивали, чем могут помочь и что им нужно сделать. Джинн сказал, что у них особая задача, которую он сам никак не может выполнить. А именно проводить его душу, дабы он обрел покой на небесах.

За все, однако, пришлось платить. За гроб, за ночной вызов, за повозку, за могилу, больше всех, конечно же, взял мулла. Но любезные соседи согласились помочь нести гроб.

– Ну и тяжеленный же, – вырвалось у одного из тех, кто взвалил гроб на свое плечо.