Параллель. Повесть

Лицо осунулось, выступили широкие мешки под глазами, уголки губ опущены, веки устало прикрыты. На голом виске застыла капля крови от пореза.

– Будешь? – Ира протянула гостю папиросу.

– Не курю.

– Отчего же? – изумлённо-разочарованно поинтересовалась девушка, – вера не позволяет?

– Жадность. Не имею привычки платить за то, что меня убивает.

– Ты, наверно, и не пьёшь тоже? – в голосе прозвучало практически искреннее сочувствие.

– Почему же? Воду, молоко, сок.

– Сок? – встрепенулась девушка,– хочешь сок?

Эвальд поиргал нижней челюстью.

– Можно воспользоваться ванной?

– Валяй.

Смыв с себя порошкообразную краску, парень насухо вытерся и пошёл в комнату, искать свои вещи. Полностью одевшись и обувшись, ещё раз проверил – всё ли в карманах на месте? Зашёл на кухню попрощаться.

– Удачного… утра.

– Угу.

– Я пойду.

– Вали, фриц.

Трусцой сбегая по лестничным пролётам, Эвальд всё старался привести в порядок мысли.

«Что это вообще было? Допустим, накачала. Зачем? Деньги на месте, органы – тьфу-тьфу – тоже.

Раздела, накрасила… и рисунки на стенах, свинья эта за столом… художница? Наглоталась кислоты и решила устроить инсталляцию? Похоже на правду. Ладно, Бог с ним, с искусством, надо ещё машину отогнать к торговому центру и на работу ехать».

Спустившись до второго этажа, невольно сбавил шаг. Под тускло горящей лампочкой стоял какой-то тип в дутой куртке с накинутым на голову капюшоном. Смотрит не на лифт, не на двери, а именно на ведущую вверх лестницу.

«Ждёт кого-то, в такой-то час? Гоп?» – вынул руки из карманов и, стараясь не упустить и малейшего движения любителя постоять ночью в коридоре, прошёл мимо.

Всё же смог разглядеть, что тип под капюшоном не очень-то похож на рецидивиста: лет тридцати, худощавое, но здоровое лицо, без характерных признаков злоупотребления алкоголем или другой отравой. Взгляд отстранённый, на мгновение даже показался таким же, как у странной девушки, от которой Эвальд только что вышел, но этот взгляд точно не предвещал нападения.

«Ну и ладно, просто ещё один чудак» – мысленно пожал плечами немец, выходя на улицу. Метель продолжалась, «пирожок» порядком занесло, но снег не успел слежаться, и стоило тронуться с места, как пушистая белая шапка слетела сама.

Глава I. Серость

Дюк

Дневник памяти, день 3***.

Сегодня я снова почуял дыхание смерти. Это была отнюдь не сырость земли, на которой я лежал, и не молочный туман, что стелился над долиной.