Пленница

Просто цвет зрачков потом поменялся.

– Ты собираешься захватить Диру?

– Они сами сдадутся, когда узнают, что Приозерье пало, как и город пауков. Я предложу им принести мне вассальную клятву в обмен на жизнь и право служить мне в моей летней резиденции, и они согласятся. Неужели ты всерьез собралась оставить этот оазис себе? – удивился правитель. Ведь все знают, что пустыня принадлежит Смертоносцу-Повелителю!

– Но ведь ты не станешь выгонять свою подругу детства из ее родного дома! – с обескураживающей улыбкой сообщила Мерлью.

 – И дети твои не станут враждовать с ближайшей союзницей великого Посланника Богини. Пройдет совсем немного времени – лет сто пятьдесят, двести – и все постепенно привыкнут к тому, что оазис Дира мой.

Магиня отступила на пару шагов, улыбнулась и протянула правителю руку.

– Нужно идти. Мои водолазы могут задохнуться без кислорода. И не надо так грустить, Найл. Мы увидимся, я обещаю.

Посланник тоже вытянул руку, коснулся ее пальцев своими.

Поддавшись порыву, сделал шаг вперед, но Мерлью, разом постарев лет на десять, предупреждающе вскинула ладонь:

– Не подходи!

По волосам ее побежала рябь, глаза посветлели, появились и моментально разгладились морщинки. Хозяйка Серых гор торопливо накинула капюшон, скользнула к реке. Несколько метров она продолжала двигаться сантиметрах в двадцати над покрытой мелкими волнами водой, а потом резко, без единого всплеска, ушла в глубину. Спустя мгновение в этом месте закипела вода, но уже через минуту все прекратилось.

– Утонула, – зрелище настолько поразило одного из рыбаков, что он, забывшись, вылез из кустов и подошел к самому берегу. Осторожно коснулся ладонями поверхности воды, потом зачерпнул обеими руками. Холодная!

Он повернулся к лесу и громко предположил:

– Выходит водяной-то – баба!

– Осторожней со словами, – пристращал его Найл. – Это не баба, а королева. Магиня, Извечная и Всемогущая, Дарующая Дыхание, Живущая в Свете, Всевидящая, Пребывающая в Прошлом, Настоящем и Будущем, Хранительница Вечности и Повелительница Серых гор.

Отзовешься непочтительно – к воде лучше не подходи. Обидится, отомстит.

Рыбак зашевелил губами, пытаясь запомнить длинный титул, а правитель, затаив улыбку, бросил на полноводную реку прощальный взгляд и развернулся к городу.

Под стеной, опасливо косясь на грозных смертоносцев, рядом с пленными хлопотали женщины, а кое-где мельтешили и дети.