Принцесса в Академии. Драконий клуб

* * *

К его возвращению я успела убедиться, что меж чугунными розами, оплетающимися окно, пролезает только рука, в щель между дверью и стеной не воткнуть даже чайную ложечку, которую я стащила во время чаепития, а зеркало по-прежнему глухо к моим призывам.

Когда слуга вошёл, я уныло стучала палочкой по ксилофону, пытаясь воспроизвести мелодию, которую Озриэль разучивал на своих музыкальных стаканчиках. Пуфик-крысу я пристроила рядом, для компании. У неё снова прорезался хвост.

Впервые в жизни я оказалась совершенно одна: рядом не было даже ворчливого паука, чьи саркастичные замечания не позволили бы мне пасть духом.

– Господин Кроверус приглашает вас на ужин, – сообщил Хоррибл с порога. Я выронила палочку. – Ужинать, – поспешно поправился он. – Составить ему компанию. Стать сотрапезником. Разделить скромную снедь.

Уверена, Кроверус выразился несколько иначе, но Хоррибл облек приказ в вежливую форму, щадя мои чувства. Отказываться я, в любом случае, не собиралась, да и вряд ли могла.

Нужно использовать любую возможность для сбора информации.

Я поднялась, оправила платье и покорно склонила голову:

– Я готова, господин Хоррибл.

Слуга кивнул:

– Следуйте за мной.

Междуглавие

тем временем в Затерянном королевстве…

Скрипнула дверь камеры, рядом на пол приземлился какой-то пакет. Уинни подняла голову и немедленно вскочила на ноги.

– Ты! Где Индрик, что ты с ним сделал?!

– Можешь идти, – кивнул Марсий стражнику.

Тот кинул сомневающийся взгляд на разъяренную гоблиншу, но подчинился.

– Это тебя не касается, – холодно ответил Марсий, когда он удалился. – Скажу лишь, что пользы от него теперь гораздо больше, чем было. Голова раскалывалась от его воплей.

– Лучше слушать его вопли, чем видеть твою рожу!

– Не смей так со мной разговаривать!

– А то что? Сделаешь статуей? Ты ведь только это и умеешь.

Тоже мне, напугал! Зачем пришёл?

– Забыла? Я король и могу ходить, куда захочу и когда захочу. Особенно у себя во дворце.

– И первым делом побежал в темницу? А я-то думала, Ваше Чугунное Величество сейчас примеряет парадные чулочки и лепит мушки, готовясь к коронации.

Глаза Марсия потемнели. Он шагнул вперед, придвинув лицо вплотную. Воздух в камере нагрелся, кисти рук угрожающе заалели в темноте.

– Ты забываешься, гоблинша.