Принцесса в Академии

Я пихнула его в бок и прикрыла рот ладошкой в притворном изумлении:

– Так мы умеем шутить?

– Лучше, чем сочинять комплименты, – ухмыльнулся он и объявил:

– Всё, пришли, главное на коврик не наступай.

– А поче…

Но тут Озриэль с обреченным видом встал на полосатый лоскут, напоминающий распятого кота, и я поняла, почему. Дверь, до этого мирно деревянная, мгновенно ожила: ручка превратилась в нос, доски поморщились, поморгали, и на нас уставились два янтарных глаза из застывшей смолы, а особо крупная щель открылась, зевнула и громогласно произнесла:

– Приветствую тебя, Озриэль Ирканийский, почетный легионер воинства ифритов, седьмой сын седьмого сына, восемьдесят третий в очереди наследник на престол, – тут дерево задумалось и поправилось, – восемьдесят второй: твой дядя Лавиний только что убил твоего троюродного брата Электико и…

Озриэль поспешно распахнул дверь, затолкал меня внутрь и снова её захлопнул.

А привратник всё ещё продолжал бубнить что-то снаружи, изредка позевывая.

Мы оказались в небольшой гостиной – с диваном, столом и арочным окном в нише. Плиточный пол был застелен шкурой, в стене имелся камин в виде разинутой пасти льва, и три двери вели в следующие комнаты.

– Жаль Электико, – пробормотал Озриэль, – в детстве мы с ним часто играли.

Я попыталась перестать открывать и закрывать рот.

– Ты что, ифрит?! Нет, ты серьезно джинн??

– Ну вот, началось, – досадливо поморщился он и направился к ближайшей двери. – Кто тебя учил истории?

– Лучший из лучших! – выпалила я, подбоченясь.

Именно в таких выражениях мне когда-то представили учителя базовых наук. Перед глазами тут же пронеслась вереница пакостей, которыми я впоследствии разнообразила жизнь этого милейшего и добрейшего старичка. Над таким просто грех не подшутить. Заменила его парик на другой, на два размера меньше, добавила в чай три капли книжной микстуры, после которой он весь день говорил цитатами, подарила перо-щекотуна… Нет, были и приятные вещи, например, когда глашатаи объявили его верховным главнокомандующим.

Правда тут же добавили, что его вызывают на границу для подавления мятежа великанов. К вечеру его всё-таки нашли в ящике из-под картошки в самом дальнем погребе.

Папа в тот день лишил меня ужина.

Озриэль распахнул дверь своей комнаты и пропустил меня вперед.

– Ифриты не джинны, – пояснил он, закрывая её за нами.

– А кто тогда?

– Подземные злые духи.

– Злые?

– Это официальная формулировка.