Раны. Земля монстров

Услышав это, он переключается на рабочий режим, и эта перемена – обычно последнее, что видят люди перед смертью. Замечательно, именно этот режим мне и нужен. Теперь он сосредоточен. Осталось не довести все до насилия. Таких, как он, надо осторожно дергать за ниточки. В свое время у меня это неплохо получалось.

– Ты бы следил, – говорит он, – за выражениями.

Я поднимаю руки, показывая ладони:

– Патрик.

– Я пришел к тебе с миром. И уважением.

Это все чушь собачья, но уже плевать. Пора его успокоить.

Какие же эти мачо хрупкие цветочки.

– Патрик. Извини. Правда. В последнее время я почти не сплю. Устал, потому и делаю глупости.

– Это недостаток. Просыпайся уже и слушай меня внимательно. Я рассказал тебе эту историю по двум причинам. Первая – чтобы ты перестал болтать всякую тупую хрень вроде той, что только что сказал. И чтобы вспомнил, с кем имеешь дело. Вижу, не вспомнил. Вижу, что слишком тонко намекнул.

– Серьезно, Патрик. Я…

– Если снова меня перебьешь, сломаю тебе правую руку.

Вторая причина, по которой я рассказал эту историю, – дать тебе понять, что я в жизни много чего повидал. Чтобы ты, когда я скажу, что случившееся пугает меня до усрачки, просто сел и, мать твою, внимательно послушал, о чем я толкую.

Он замолкает и пристально смотрит на меня. Через несколько секунд я понимаю, что можно начинать отвечать.

– Я весь внимание. То, что ты собираешься мне рассказать, связано с Юджином?

– Ты знаешь, что да. Иначе зачем мне тащиться сюда?

– Патрик, расслабься.

Извини, что разозлил. Еще стаканчик? Давай налью тебе еще стаканчик.

Я вижу, как в его глазах сверкает гнев, и начинаю подозревать, что в этот раз слегка перестарался. Не знаю, смогу ли от него убежать.

Но он откидывается на спинку дивана и расплывается в улыбке. Выглядит очень неестественно.

– Надо же, а ты за словом в карман не лезешь. И как тебя такого еще не отделали?

Он встряхивает лед в стакане.

– Давай, вперед.

Плесни мне еще. Выкурим трубку мира.

Я наливаю нам еще одну порцию. Он опустошает стакан одним медленным залпом и снова протягивает его мне. Я снова наливаю. Кажется, он расслабляется.

– Ладно, начнем. Есть один парень. Гадкий мелкий ловчила по имени Тобиас Джордж. Он из тех крыс, что вечно ползают по городу, лезут во всякое дерьмо, поганят себе жизнь, а ты их даже не замечаешь. Понимаешь, да?

– Да.

Мне знакомо имя, но ему я об этом не говорю.