Раны. Земля монстров

Ее лицо раскрылось вдоль красных линий и расцвело яркими белыми, пурпурными и зелеными лепестками. Видите ли, тело девушки оказалось камуфляжем: все увидели, что на самом деле она являлась великолепным цветком, выдающим себя за человека.

Люди закричали и пали перед ней в изумлении. Кто-то бросился бежать без оглядки, словно таракан от солнца.

Уормкейк и его друзья тоже рванули прочь. Они пробирались через толпу обратно в ночь, но бежали не в страхе. Их сжали тиски судьбы. Так, в одночасье, Уормкейк влюбился.

Он бежал от ужасной и в то же время прекрасной любви.

* * *

Когда мы прибыли в особняк, нас встретила Девушка-Орхидея, казавшаяся нам неземной. Она была в своем человеческом обличье, и бледные расходившиеся полоски рубцов ярко выступали на лице в лучах послеполуденного солнца. Я со стыдом вспомнил одно из многочисленных замечаний матери в ее адрес: «Ей нужно замазать все это косметикой. Она будто попала в автокатастрофу. Выглядит мерзко».

Но нам она казалась пришельцем из другого, лучшего мира.

– Здравствуйте, дети. Добро пожаловать в наш дом. Спасибо, что пришли.

О том, что мы не могли поступить иначе, не было и речи: нельзя отвергнуть предложение Червя. Ее приветствие звучало как приглашение к причастию. Мы знали, что были особенными, и все в Хобс Лэндинге нам завидовали.

Она провела нас в гостиную – ту, где в течение многих лет будут проходить все подобные собрания, – а там нас ждал дядя Дигби и его история. Мы знали его по нескольким дипломатическим выездам в город, так что его присутствие нас успокоило.

Девушка-Орхидея присоединилась к мужу, сидящему в стороне, и, взявшись за руки, они слушали историю вместе с нами.

Я сидел рядом с Кристиной Лоденер. Мы были старше всех. Идея влюбленности казалась нам чуждой, но подобралась ближе в тот момент, когда я почувствовал укол ревности, заметив сплетенные пальцы мистера Уормкейка и его жены. Мне казалось, что меня все дальше уносит неумолимым течением и жизнь движется по пути, который приведет меня к высотам, недоступным в моем тогдашнем положении.

Словно я был главным героем книги и начинал первую главу путешествия. Я знал, что Кристина отправится в него вместе со мной, и взглянул на нее, пытаясь понять, чувствует ли она то же, что и я. Мы встретились взглядами, и она улыбнулась мне так ярко, как ни одна девушка ни до, ни после.

Воспоминание об этой улыбке освещало самые темные ночи моей жизни. Но даже сейчас я со стыдом подавляю его.