Лорды и Наследники

Очередь была такая длинная, что ждать не хотелось, – мне не терпелось поскорее попасть на колесо обозрения и подняться в небо.

– Вытрись. – Когда она протянула мне влажную салфетку, которую достала из сумки, я запихнула в рот остатки мороженого.

– Нам снова будут гадать по ладони? Или искать ответы в воде и рассказывать, что в нашем будущем полно домашних заданий и экзаменов?

Глаза Айзер заискрились от возбуждения, когда она начала объяснять:

– Нет, мы составим натальную карту. – Ее энтузиазм был ощутимым.

Я снова увидела в толпе сумасшедших фанатиков и, подтолкнув локтем Айзер, указала на них. Несколько человек жгли благовония из диковинных трав, собранных в центре ярмарки, и окуривали ожидающих людей.

– Им это никогда не надоест, – усмехнулась я. Их старинные наряды были красивы, но то, чем они занимались, казалось мне довольно забавным. Тем не менее при виде них у меня по коже побежали мурашки. Они разводили костры, расставляли вокруг них чаши с кристально чистой водой, мазали лица грязью и возились с флюгером.

Они ждали, когда Элементаль придет и заберет их; готовили алтари и говорили, что благословляют свою сущность. В их понимании, своими действиями они почитали четыре основные стихии, лежащие в основе бытия.

– Пошли, наша очередь. – Когда мы вошли в палатку, мое зрение затуманилось. Внутри пахло ужасно. Ведущую роль здесь играли благовония, а за самодельным столом сидел мужчина и что-то чертил на пергаменте перьевой ручкой. Черные глаза человека, сидевшего со скрещенными ногами за низким столиком, были устремлены на нас.

Если бы на нем не было рубашки и брюк, я бы подумала, что он из другого мира. Его косой взгляд так долго блуждал по Айзер, что я на мгновение подумала, что он собирается высосать ее душу или, в лучшем случае, кровь.

– Посланная землей, – пробормотал он, возвращаясь к бумагам. – Подойди одна.

Мы с Айзер посмотрели друг на друга. Я совсем не удивилась, потому что подобные типы всегда казались мне странными.

В отличие от меня моя лучшая подруга не находила их странным и не выглядела обеспокоенной. Если бы кто-то назвал меня «посланной землей», я бы наверное засомневалась, но у нее на лице застыло такое вызывающее выражение, какое я видела только у хищников. Глубоко вздохнув, она кивнула, и я объявила этот день самым счастливым. Раз она не против остаться одна, я совсем не возражала.

Выйдя из палатки, я порадовалась, что не проведу там большую часть ночи.