Хвостатый маг

Он разгромил клетки, вырвав железные прутья из пазов. Так что и вампир, и бородач тоже пропали. Я проследил их следы до выхода из замка. Потом видел, как они бежали вдалеке по холмам в сторону леса. И исчезли за деревьями.

– Ангеланд, – сжал его руку маг. – Скорее за ними! Мы должны исправить свою чудовищную ошибку! Я не могу этим заняться – удар твари был слишком силен, я с трудом поддерживаю силы.

– Я могу вам помочь…

– Нет, мой мальчик, нет! Нам нельзя терять ни минуты. Собери отряд, возьми все мои деньги из сейфа там, наверху.

И скорее в путь! Не дай этому монстру уничтожить ни в чем не повинных людей!

– Хорошо, дэр Краффе, – склонил голову ученик. – Я немедленно отправляюсь в погоню. Обещаю вам, что привезу вам его голову как можно скорее!

– Поторопись, друг мой, поторопись, – маг устало закрыл глаза. А дэр Ангеланд бросился выполнять поручение наставника.

Глава 3. Погоня

Я плохо помню этот период моей жизни. Ничего кроме боли и ярости я тогда не чувствовал.

И никогда не испытывал такой ненависти к людям, как тогда, в замке подлого Краффе. Даже на Земле в школьных драках, даже в армии, при жестокой муштре и издевательствах над новобранцами, я мог понять поведение своих недругов. Кто-то из них был жестоким, кто-то настоящим отморозком, кто-то просто идиотом, дорвавшимся до власти. Но все они преследовали какие-то свои цели, простые и всем понятные. А чтобы вот так часами равнодушно смотреть, как на твоих глазах в страшных мучениях погибает живое разумное существо, это надо быть не просто отморозком. Это не люди – фашисты. Которых надо давить, как гнид, без малейшего сожаления.

Когда я впервые понял, что нас купили для опытов, я испытал настоящий шок. Первым они убили гоблина. Несчастного Ниржадцу, который слова плохого никому никогда не сказал. Он катался по клетке от боли и ужаса несколько часов, а эти изверги что-то равнодушно фиксировали в объемных блокнотах. Ученики мага сначала еще нервничали, а потом привыкли. Как можно к этому привыкнуть? Я орал на них, колотил по прутьям клетки, материл их почем зря и просил прекратить мучения гоблина.

Напрасно – меня лишь обездвижили и обеззвучили.

Казарад тоже сначала что-то говорил магам просящим тоном, потом кричал, потом перестал и только тупо смотрел в угол своей клетки. Вампир все время стоял неподвижно посреди своей клетки, гордо скрестив руки на груди. Видимо, понимал, что спорить с магами и просить их о чем-то бесполезно.