Секундомер смерти

Невысокая, но хорошо сложенная, с большими темными, чуть раскосыми глазами, напоминающими глаза газели и густой гривой темных волнистых волос.

Когда родители привезли ее к мужу, крупному бизнесмену, то даже не удосужились предупредить, что дочь будет у него второй, то есть практически, незаконной женой. Для Мадины это стало страшным ударом, но постепенно она привыкла. Сказывалось строгое горское воспитание – подчинение, подчинение и еще раз подчинение. Ведь порядочная восточная женщина не должна даже поднимать глаз на чужого мужчину.

Еще раз Мадине не повезло, когда у нее родилась дочь. Дни и ночи она просила аллаха, чтобы был сын. Но бог, видимо, так и не услышал ее молитв. У первой, старшей жены было целых два сына, а у нее всего лишь дочь, которая еще больше закрепила за Мадиной статус младшей жены, низшего существа, бесправной прислуги всех окружающих.

Однажды ночью она проснулась от диких, душераздирающих криков, переходящих в завывания и плач. Так могут кричать только по покойнику.

К несчастью, Мадина оказалась права. Буквально через пять минут она узнала, что мужа убили в какой-то криминальной перестрелке. Теперь старшая жена будет считаться его законной вдовой, о которой все родственники будут заботиться и помогать вырастить сыновей, а ей, Мадине, следует переехать с брату убитого мужа.

Так посоветовал поступить имам местной мечети. Брат убитого должен стать ее новым мужем и покровителем, а двухмесячная дочь останется в прежней семье, а растить и воспитывать ее будет законная вдова.

Этого Мадина уже вынести не могла. Что же она, вещь какая-нибудь или переходящий вымпел? Но даже не это было главным и определяющим. Она не хотела, чтобы ее дочь воспитывала чужая женщина, которая потом также продаст ее в какую-нибудь состоятельную семью, в качестве второй, а, может быть, и третьей жены. В общем, Мадина отказалась. Новые родственники, не очень переживая по этому поводу, спокойно выставили ее на улицу прямо посреди ночи в одном платье.

Утро Мадина встретила, свернувшись комочком от холода, под окнами родного дома, куда ее тоже не впустили. Ведь отказавшись переехать к новому мужу, она опозорила свою семью и стала изгоем. Через несколько дней Мадину из жалости приютила одна одинокая дальняя родственница, которой нужна была помощь по хозяйству.

Почти каждый день она бегала к дому покойного мужа, чтобы хотя бы издали посмотреть на дочь.