Заставь меня развестись

И ты должна жить здесь со мной, а не вместе с…

– Дуришь себя ты, Никита, – спокойно отвечаю ему. – И я тебе больше ничего не должна. Командуй своими секретаршами, или кто они там тебе, но не мной. Сюда я больше не вернусь. Даже не думай о таком варианте.

Чернов молча смотрит на меня. Этого достаточно, чтобы в груди что-то больно и сильно защемило.

Я же его…С первого взгляда, с первого слова. А он…

Тянуть дальше не стоит. Воспользовавшись моментом, пытаюсь обойти мужа, но он хватает меня за руку.

– Я никогда бы не смог тебе изменить, – говорит тихо, прямо в шею, вызывая волну мурашек по позвоночнику. – Мира, ты самое лучшее, что у меня есть. Я бы никогда…

Это уже слишком. На такое вранье даже Мюнхгаузен не пошел был. Но слова попадают точно в цель, я срываюсь и отдергиваю руку.

– Да сколько можно меня мучить? Хватит! Я все видела! – толкаю его в плечо, но парень не шевелится даже. – Вашу переписку, отели, в которых вы бронировали номера, даты сходились с твоими отлучками.

А барышня твоя, которая умела только кофе приносить? Да она же не отлипала от тебя. А сколько было ее ночных звонков? Ты отмазывался, ссылаясь на важные рабочие моменты. Никит, у нас с тобой разные понятия о самом лучшем человеке. И раз все это произошло, я для тебя такой никогда не была.

– Я докажу, что ничего этого не было.  Докажу, – произносит он, все еще продолжая стоять на одном месте. – Просто дай мне время.

Господи, что он несет? Какое время?

– Докажи сейчас! – требую, чувствуя, как по щекам текут слезы.

 – Давай же. Скажи, что тебя подставили злые люди. Скажи же! Почему ты молчишь?

Ну вот зачем мы начали этот разговор?

Кому лучше сделали? Мне точно легче не стало. Все стало только хуже.

– Сейчас ты мне не поверишь, – выдыхает он с закрытыми глазами.

– Знаешь что? – вскидываю голову, смотря ему прямо в глаза. –  Это не изменится. Я тебе больше никогда верить не буду.

Несколько долгих секунд мы смотрим друг на друга, а затем я делаю то, что должна была сделать с того момента, как увидела Никиту.

Разворачиваюсь и ухожу.

– Ты уверена, что хочешь этого? – спрашивает Олег, когда в машине остается последняя сумка.

– Почему нет?

– Не знаю, – брат качает головой, закрывая багажник. – Мы все волнуемся за тебя. Ты сама не своя из-за этого урода. Может, стоило еще немного пожить с родителями?

Оглядевшись по сторонам, вижу дом, в котором не жила никогда.