Моя воля

Хотя в глубине души осталось ощущение удовлетворения от того, что больше нет всепоглощающего, до тошноты невыносимого отвращения ко всем мужчинам, как раньше.

– Леди Альяра, кто-нибудь… очернил меня в ваших глазах? – спросил Тоб, продолжая пламенно сверкать своими.

«Ты сам себя очернил», – хмыкнула Сафира, не удостаивая его ответом. На душе сделалось неожиданно легко, будто освободилась от какой-то помехи – не тяжёлой, но утомляющей.

Ноги сами понесли к речке, журчащей неподалёку. Предводительница легко преодолела мостик из нескольких брёвен, прошла немного вверх по течению, где было меньше шансов кого-нибудь встретить, но территория ещё патрулировалась охраной короля.

Солнце почти по-летнему припекало, вызывая желание скинуть всё лишнее.

Сафира обнаружила большой, горячий валун, залезла на него, сняв куртку с сапогами. Положила на всякий случай меч под ладонь, прикрыла глаза. Подставила лицо солнцу – неожиданно родному, как дома.

Представила себя высоко в скалах, почти поверила в это ощущение.

Едва слышный шорох и тихие шаги вывели из лёгкой полудрёмы, заставили насторожиться, приоткрыть ресницы. Однако звуки приближались с той стороны, куда она не могла посмотреть, не повернув голову.

Сафира крепче сжала рукоять, приготовилась.

– Интересные камешки.

Адам Хэл! Как она надеялась, что его не будет!

Моментально села, обернулась, захватывая тёмную фигуру в поле зрения.

Одет почти так же, как и тогда на балу – высокий, худой, мрачно-утончённый.

От него по-прежнему веяло опасностью и чем-то раздражающе-тревожным, тяжёлым, словно недуг.

Адам едва уловимо улыбался, глядя на её ногу. Предводительнице сразу же захотелось поджать пальцы, машинально выплеснулся призыв через фитарель.

Она молча рассматривала медленно приближающегося мужчину, лишь через несколько мгновений сообразив, что позвала и Лунара. Даже показалось, его фитарель откликнулась, но сейчас было не до того, чтобы понять и разобраться.

Поскорее отменила приказ, поторопив марага.

Поднялась. Обуться не успевала, ноги опустились в траву, ощущая ветви и камни, но наставники всегда учили отбрасывать незначительное, концентрируясь на главном.

– И снова меч, – усмехнулся одной стороной губ Адам. – Вы знаете, леди, есть такие вещи, которые не прощают? – проговорил пробирающим тоном.

Сафира промолчала.

– Обман, к примеру. Ведь вы же меня понимаете? Или попытка унизить мужчину в высшем обществе.