Моя воля

Почему она должна чувствовать себя виноватой?! Если бы он не ушёл, если бы она не видела его с другой, то даже мысли не мелькнуло бы проверять!

Предводительница снова разозлилась.

– Проверила. Надеюсь, когда силы укажут отца ребёнка, для меня не будет пыткой пройти через это.

– Что ещё ты видела? – Лунар приблизился, пристально глядя, словно ожидал услышать нечто важное.

– Ничего, – буркнула предводительница.

Отчаянно не хотелось спрашивать о разговоре с сестрой, о свадьбе… будто ей есть до этого дело! Пусть ищет, кого хочет, он давно уже сказал, что уйдёт!

– Я же ответила: считай, что связи нет.

Проведём обратные ритуалы, верну тебе фитарель, рано или поздно силы укажут, как избавиться насовсем. Мы заключили договор, и я стараюсь его придерживаться. Зачем ты после всего приходишь, заводишь разговоры, пытаешься поцеловать?! Я возвращаюсь в Рог, ты к себе. Не нужно ничего обсуждать, не нужно ничего спрашивать! И в твой мир я не пойду!

Сафира ощутила горячие слёзы в глазах. Проговорить оказалось слишком больно, хоть и необходимо.

Действительно, пришёл тут, что-то выясняет! Разве ещё не всё сказано? А уж услышано и подавно больше, чем нужно.

– Сафира…

– Если планируешь и впредь пользоваться нашей связью, можешь не рассчитывать на это! Один раз я сделала глупость, но умею учиться на ошибках.

Воин как-то неожиданно дёрнулся, остановился, глаза потемнели. Сафира бросилась к выходу.

– Ты куда? – прозвучало глухое.

– Второго гнарана нужно выгулять.

– Сафира! – он нагнал её через несколько минут, на ходу пристёгивая ножны и надевая куртку.

 – Одна ты не полетишь.

– С тобой тоже! Значит, лети сам!

Лунар словно хотел возразить, но неожиданно согласился, кивнул. Наверное, и ему нужно было остыть, хотелось прийти в себя, разрядиться.

Предводительница смотрела из-за ограды, как воин седлает животное, доверчиво ткнувшееся в руку, даже, кажется, что-то шепчет.

Когда гнаран со всадником разогнался, оттолкнулся тонкими ногами и взлетел, девушка отвернулась. Не могла видеть, как в небе уменьшается такой родной и такой неожиданно далёкий силуэт.

На душе вдруг сделалось пусто и тоскливо, словно случилось что-то непоправимое. Опять почудился качающий головой Талим. Снова забыла все его уроки, вела себя как глупая девчонка, а не предводительница.

«Всегда старайся слушать, спокойно задавать вопросы и пытаться понять побуждения», наставлял предводитель. А она? Не выслушала, не спросила.

Сафира решительно тряхнула головой.