Моя воля

Но разве тебя устраивает, что не ты распоряжаешься собственной жизнью?

– Жизнь предводительницы ей не принадлежит.

– Твой предшественник любил свою женщину.

– Ему повезло.

Сафира бросила взгляд на выход, поинтересовалась:

– Ф… он… может понимать, о чём мы говорим?

– Откуда мне знать? Если тебе показалось это возможным, давай лучше не говорить ни о чём… важном.

– Мы и так никогда не говорим о важном, – снова фыркнула она.

Лунар окинул её мрачным взглядом.

– Так уезжаем или остаёмся?

– А Адам? Ты уверен, что справимся сами?

– Я не уверен, что ты интересуешь Фаара только в свете Адама.

– Тогда пойду разомнусь, давно не тренировалась.

– Пошли, – пожал воин плечами, словно это само собой разумелось. Сафира не решила, радует ли её такая реакция, или наоборот. – Ты только мечом владеешь?

– Меч – моё оружие, я проходила азы разных техник, но остановилась на нём. Не считая и-плети, конечно.

– Давай поработаем с палкой.

– Ладно, – согласилась Сафира.

Чем им обоим меч не угодил? Может, в их мире это действительно нечто зазорное или смешное? Так она вроде бы сказала, что не собирается туда.

Сейчас поупражняться предводительнице хотелось больше всего. Разговаривать было слишком тяжело: бояться выдать свои чувства, слушать незаслуженные упрёки или иронические замечания. Не понимать его.

Тренировка успокоит, даст выход энергии, поможет собраться.

Лунар выбрал поляну подальше от посторонних глаз. Сафира посматривала на браслет, впрочем, не зная, что должна там увидеть. Лунара это почему-то злило.

Однако рядом с воином чувство тревоги отступило, сменилось привычным ощущением надёжности. Ей почти хотелось, чтобы Адам появился прямо сейчас, и Лунар одним движением меча разобрался с ним. Ну, может не одним, но разобрался сам, с той лёгкостью, с какой умел только он.

Но Хэл не появлялся. Воин срезал две одинаковые толстые ветки, избавил от сучков, протянул одну Сафире.

Девушка приняла, вспоминая навыки, встала напротив. Лунар слегка повёл своей, приноравливаясь к балансу.

Сафира давно уже привыкла сбрасывать эмоции, вступая в бой, даже тренировочный. Воинов Рубинового Рога учили оставлять разум холодным.

Малознакомое оружие заставляло сконцентрироваться, не допускать ни малейшей посторонней мысли.