Моя воля

Порталы – моя единственная связь с домом, но отсюда я их открывать не могу, нет достаточного количества энергии. Стихийные попробуй вылови да выясни, куда ведут и что несут. Из дома раз в месяц или около того мне их проводят, передают необходимое, я стараюсь переправить информацию. Но, к сожалению, сложно спрогнозировать, когда и как откроется портал, практически невозможно, зависит от многих факторов. Обычно в радиусе нескольких кварталов и в течение трёх-четырёх дней около условленной даты. Местные уже привыкли, что это мои колдовские штучки.

Лунар точно знал, куда портал его выведет и какие задействованы параметры. А за тобой попросил присмотреть.

– И что… он сказал последнее?

– Полагаю, «спасибо», – Китилья почему-то отвела глаза.

– Ты не слышала?

– Если тебя интересует, вернётся ли он, то непременно вернётся. Что не оставит нас в этой дыре, даже не сомневайся. Но вот когда… возможно, через месяц. Возможно, раньше или позже. Не знаю, что ещё может задержать его в институте.

– Или кто, – хмыкнула Сафира.

– Я тебя предупреждала, – прохладно отозвалась Китилья. – Впрочем, не знаю, что он там тебе наобещал…

– Ничего он мне не обещал, – Сафира ощутила, как щёки погорячели.

Похоже, действительно весь дом осведомлён. Ещё и от Кадима наверняка наслушается. Машинально отправила марагу посыл молчать, видимо, удивив неожиданным приказом.

– Я имею в виду, не знаю, как Лунар для себя позиционирует ваши отношения. По крайней мере, пока мы были вместе, он мне не изменял.

– Зато ты ему изменяла, – огрызнулась Сафира, осознавая, что не нужно этого говорить.

Зря, конечно. Но очень уж хотелось сбить поучительный тон «специалистки по Лунару».

– Он рассказывал? – спросила та с некоторым удивлением и, как показалось Сафире, с надеждой.

– Случайно узнала. Сказал, ему давно уже всё равно.

– Не представляешь, сколько раз я об этом жалела, – вздохнула Китилья, и Сафире стало совестно за жестокие слова. – Так надеялась, что сможет простить.

Но Лунар… иногда мне казалось, для него это был просто хороший повод расстаться, не наступив на горло своему благородству. Зато потом пошёл в загул.

– Ну, со мной он расстался не так благородно, – хмыкнула Сафира, делая глоток. Обнаружила, что Китилья уже допивает второй бокал – может, это и вызвало грустные мысли вместе с извечным женским желанием поделиться своей печалью? – Но сама говоришь, оправдание у него есть, значит, может в загул идти так же свободно.