Раб. Книга 1. Чужая боль

Только вот какое? Если не смогут добиться вольной, хотя бы определить его туда, где ему было бы нормально? А где?

Не выдержав, поднимаюсь, тихо отворяю дверь в его комнату. Стучать не стала – вдруг спит. Он лежит на спине, показалось, в темноте сверкнули глаза, но приглядевшись, не понимаю, так ли это. В окно заглядывают сразу две местные луны, давая немного света. Чуть колеблюсь на пороге. Кажется, изо всех сил притворяется спящим. Уйти, что ли?

Не могу, мягко подхожу к кровати, сажусь, провожу рукой по щеке.

Ты такой красивый, милый, был бы свободным – девки передрались бы. Ничего, я сделаю тебя свободным, прежде всего твою душу и самоосознание…

Вздыхает, открывает глаза.

– Не спишь? – спрашиваю.

– Что прикажет госпожа?

– Извини, не хотела тревожить. Просто думала…

Настороженный взгляд, чего это, дескать, госпожа извиняться решила, что она себе надумала?

– Мне хочется поговорить с тобой. Нормально. По-человечески.

– Что мне сделать, госпожа? – надо же, садится в кровати без приказа, даже на спинку облокачивается.

– Скажи… а было место, где тебе жилось нормально, хотя бы относительно? Я имею в виду, когда ты уже попал в рабство.

– Госпожа хочет меня продать?

– Я не хочу тебя продавать, но может случиться так, что… что не смогу о тебе позаботиться, и тогда… Мне нужно знать, куда тебя устроить.

Боже, зачем я полезла к нему с этим разговором сейчас! То, что волнует тебя, для него очередная пытка и неизвестность! Не умею я с травмированными детьми общаться, чёрт!

Антер

Внутри всё захолонуло.

Она это специально. Продаст. Амире. Лучше умереть. Пытаюсь не показать своего ужаса:

– В охране нормально было, не наказывали по пустякам, кормили хорошо, не заставляли… – запинаюсь и с вызовом выдаю: – …ничего. Но продавая врачам, поставили резолюцию «не пригоден». Иначе было нельзя. Теперь мне туда возврата нет.

– Но медкабина…

– Кого волнует медкабина, когда стоит резолюция.

Тамалия

Ну да, логично.

Ладно, подумаю, что можно сделать.

– Когда? – глухо спрашивает.

– Что – когда? – не понимаю.

– Продавать меня когда будешь.

Хм, сейчас, видимо, услышу всю правду о себе. Может, тем лучше, пусть выговорится?

– Не знаю, не от меня зависит, к сожалению.

– Говори… – почти рычит.

Нарывы, сказывают, нужно вскрывать? Ох, не пожалеть бы потом… Но прежде, чем строить что-то новое, нужно вычистить всю грязь.

– Вполне возможно, что скоро.