Раб. Книга 2. Вкус свободы

Знала бы ты, как далеко…

– Ты почему раньше не позвонил? Мы же тебя похоронили уже… то есть прости, – зажимает рот рукой, смотрит на меня во все глаза, зачем я это затеял, дурак. – Отец одно время даже запил, говорит, друга не уберёг, сына его не уберёг, еле вытащили, ну что тебе, сложно было? Ты как вообще живёшь? Ну рассказывай, что ж ты молчишь?!

– Да у меня всё хорошо, – отвечаю. Не могу я ей ничего сказать. – Вот решил… В общем, передай ему, что всё нормально.

– Подожди, ты хоть номер оставь, как с тобой связаться можно? Ты бы в гости заехал? Отец три года искал тебя! Куда ты так надолго пропал?

– Извини, Лиська, мне бежать пора.

Просто передай, что всё в порядке.

Отключаюсь, невзирая на её протесты. Дерьмо. Нужно будет комм-номер сменить, чтобы не нашли. Не вернусь я домой, ну как я им скажу, кем мне все эти годы быть и что делать приходилось?!

Дурацкое тело снова трястись начинает, выключаю свет, падаю на кровать, только бы не вошла, не увидела, не спрашивала ни о чём.

Кому я, к демонам, нужен? Нигде для меня жизни не будет.

Снова долго кручусь, а ведь уже и спать нормально начал. Почти нормально. Слышу шаги, замираю. Останавливается под дверью, вцепляюсь зубами в подушку, стараюсь расслабиться. Не знаю, чего хочу больше, чтобы прошла мимо, или чтобы не проходила.

Открывает, заходит тихо, лежу, только бы не выдать себя.

Садится на кровати, надеюсь, ты не слышала разговора? Не должна бы, на улице же лежала.

Проводит рукой по волосам, по спине, вот теперь не уходи, пожалуйста, Тали… Прикоснись ещё.

Хоть так.

Вздыхает. Встаёт. Поправляет одеяло. Посиди со мной немного.

Уходит. Демон, как же мне тебя понять…

Глава семнадцатая

Антер

Снова тревожные сны, всю ночь просыпаюсь, кажется, будто опять зашла, ощущаю прикосновение в волосах, на спине. Только под утро забываюсь, но мелодичная трель будильника вырывает из крепкой утренней дрёмы. Ну да, реабилитация.

Прислушиваюсь, тихо.

Кручусь, не хочу вставать, надо будет – позовёт. Не зовёт. Проходит пять минут, десять, пятнадцать, вспоминаю, что просила будить. Надеваю домашние брюки, спускаюсь, нигде не видно.

Стою под дверью, решаюсь, как-то не по себе, вёл себя вчера как… не знаю кто, и что на меня нашло? Ведь никогда не обещала, что могу на что-нибудь рассчитывать, даже став свободным. Наоборот, всегда напоминала: её другие мужчины привлекают, те, которые сильные и смелые.