РАБ. КНИГА 3. ОСТАТЬСЯ ЧЕЛОВЕКОМ

– Ммм, Лайла, – интересуюсь, – а кем ты работала до… Тарина?

Лайла мрачнеет, на секунду кажется, будто хочет отложить вилку, но отвечает:

– Медсестрой в зале медкабин нашей городской клиники.

Смотрю на неё, осознаю, насколько, наверное, ей подходила работа. Улыбчивая, лёгкая, весёлая девушка – встретит, расскажет, успокоит, если страшно. Приходишь в себя, стекло открывается – а там она. Не у всех же дома медкабины, или если и есть – то совсем простые, а иногда что-нибудь сложное нужно.

– Тебе нравилась работа? – улыбаюсь.

– Да, я любила с людьми общаться, – пожимает плечами. Уж не знаю, что вкладывает в слово «общаться» – может, и провожала каких-нибудь красавчиков дальше положенного, ну да это её личное дело. И почему не сиделось в своей клинике? Вздыхаю.

– А хобби было? – интересуюсь. – Или училась?

– Да нет, не училась, работала. Меня всё устраивало. А хобби… так, рисовала понемногу. Под настроение.

– Может, отправить тебя к Немезе на обучение? – предлагаю задумчиво.

Пожимает плечами без особенного энтузиазма. Пресекаю порыв тут же заказать бумагу с красками. Госпожа же, а мы просто так ничего не делаем. – А красивую картину сможешь нарисовать? Мне бы в доме тоже не помешала.

– Откуда, госпожа? Я уже столько лет не пробовала, все былые навыки растеряла.

– Новому учиться не хочешь, старое вспоминать не хочешь, – ворчу недовольно.

– А что его вспоминать, – бормочет. – И зачем учиться. Я себе давно уже не принадлежу.

Вот интересно, действительно не хочет, или боится показать?

– Так что, мне за тебя хотеть? – улыбаюсь.

– Конечно, – соглашается. – Как вы пожелаете, так и будет. Сегодня вам хочется, чтобы я рисовала, завтра… – бросает взгляд на Антера, – чтобы раздетой ходила, послезавтра вообще продадите тому, у кого я ещё десять лет ни кисти, ни карандаша не увижу.

– Тогда я за тебя решу, – отвечаю. – Закажу всё необходимое, до следующего наказания чтобы представила работы.

Количество не указываю, вдохновение штука неуловимая, но и отлынивать не вздумай.

– Как прикажете, госпожа, – соглашается ровно. Ну, по работам, думаю, видно будет, хочется ли ей рисовать, или это уже в прошлом. Хоть чем-то займёт руки и мысли.

– И давай определимся, – добавляю. – Если бы я планировала тебя продавать, просто не принимала бы в подарок. Ты можешь этого не бояться. У меня на тебя другие планы.