РАБ. КНИГА 3. ОСТАТЬСЯ ЧЕЛОВЕКОМ

Радость моя тёплая, последние ночи мы с тобой вместе. Как же я буду скучать… Боже, только бы получилось, только бы знать, что ты свободен!

Поворачивается, обнимает.

– Извини, – шепчу. – Разбудила?

– Я не спал, – отвечает. Прижимаюсь, поглаживает нежно.

– Антер, – начинаю. – Мы говорили о тебе…

– Я слышал, – отзывается.

– Слышал?! – с ужасом.

– Прости, – тихонько. – Не хотел подслушивать, просто когда медкабину ставил…

– И много? – кажется, смущаюсь. Пожимает плечами.

– Чуть-чуть. Не расскажешь?

– Не могу, – говорю.

– Не буду, – соглашается. – Ещё не хватало выдать тебя. Ничего не знаю.

– Вот и хорошо, – бормочу ласково, провожу рукой по щеке, голове. – Давно?.. «Не знаешь», – уточняю. Когда он понял, интересно?

– Не очень, – хмыкает. – Когда ты пульт отключила. Задумался, откуда схема.

Антер, ты у меня невероятный!

– Завтра обсудим подробности полёта, – обещаю. – Что там у тебя? – стягиваю одеяло, запускаю ночную подсветку. Боже мой, наконец-то никаких защитных штанов до пояса!

– Красота, – смеётся.

– Неземная, – хихикаю, прикасаюсь пальцами к животу, придирчиво разглядываю – похоже, начинает смущаться.

– Программа очень точная, – говорит.

– Конечно, – соглашаюсь. У нас в конторе халтуру не гонят.

Подтягивает меня к себе, приближает лицо:

– Я тебя дождусь… – выдыхает близко-близко. Слёзы выступают на глазах. Родной мой.

– Не жди меня специально, – шепчу. – Ты заслужил свою свободу, пользуйся ею как захочешь.

– Ты, главное, тут нового раба не заведи, – улыбается.

Целую. Не заведу, родной, такого как ты нет больше.

Господи, как же он меня целует! Какой же он сегодня потрясающий… Как же я проживу остаток времени без тебя? Только бы знать, что ты в безопасности.

Антер

Тали спит, аккуратно высвобождаюсь. Прикасаюсь губами к тонким пальцам. Надеваю халат, заглядываю к Чаре. Точнее, Лерке, правильно? Присматриваюсь. Открывает глаза, садится в кровати, выглядит удивлённо.

– Можно… поговорить? – спрашиваю, стараюсь не вспоминать её последний взгляд в «Земной чашечке». Какая разница, что она обо мне думает. Сжимаю зубы, не покраснеть бы. В конце концов, мне с ней ещё лететь.

Чуть прибавляет освещения, смотрит вопросительно. Похлопывает по кровати. Закрываю дверь, подхожу, сажусь.

– Я… об отлёте, – начинаю.

– Не терпится? – хмыкает. Смотрю на неё мрачно, может, это была глупая затея?

– Не хочу оставлять Тали, – отвечаю.