Потерянные судьбы

В центре гостиной стоял громоздкий стол, существовавший еще со времен покупки этого дома. На столе всегда были три керамических блюдца с одинаковыми узорами и в каждой из них были какие-то продукты, в первой сухофрукты, во второй конфеты и шоколадки, в третьей свежие фрукты.

На против этого стола была кухня со всеми принадлежностями начиная от вилок и заканчивая двух дверным холодильником, в котором всегда была еда и разные вкусности. Фартук в кухне был сделан в сочетании с цветом камина, мутно-белого цвета.

Все шкафчики были сделаны из темного дубового дерева, из того же что и стол.

Аделард из нижнего шкафа достал оранжевую кастрюлю из чугуна, налил в нее воды и поставил на газовую плиту. Все соседи использовали уже электрическую, а Аделард не мог отказаться от газовой потому, что еда, приготовленная на ней для него, казалось намного вкуснее.

До прихода внучки, Ники оставалось несколько часов, и он должен был сварганить что-то к обеду, еще и сообщить ей печальную новость.

Для него это было самое тяжелое. Но деваться было некуда. Через несколько часов возни на кухне блюдо было готово, а к нему прилагался еще и салат.

В это время Ника, открыв дверь дома ключом, унюхав запах еды, а точнее плова, который готовил исключительно дедушка, сняла ботинки и куртку, повесила ее в шкаф-купе и сломя голову забежала в гостиную, и побежала еще сильнее в крепкие объятия дедушки, который был сильно рад увидеть внучку.

Ника перевела дыхание и звонким голосом спросила: «Деда, а где вы были так долго?»

«Солнышко, мы в больнице были, там были некоторые неприятности.

» – слабым голосом проронил Аделард. Обычно он всегда так разговаривал с детьми, тихим и местами серьёзным голосом, и довольно редко кричал, но этого все и боялись.

«Малыша я уже видела, спит, он так …похож на обезьянку.» -с улыбкой ответила девочка, не тая в словах злобу, а наоборот радость, тому что теперь она не одна.

Ника не останавливаясь продолжила: «А где мама? Она в своей комнате?»

Аделард вздыхая и понимая, что ему от прямого вопроса не отвертеться, решил рассказать правду: «Понимаешь, Ника, не буду таить правду, люди рождаются и умирают-это нормально, такова наша биологическая сущность, и к сожалению, твоя мама…не является исключением…она погибла после родов.

» – у светлокожей девочки на лице появились капельки слез, которые быстро накопись на щеках, и были уже не каплями, а ручьями.