Паук приглашает на танец

Мы уже преодолели спуск, и теперь от темной воды нас отделяло всего несколько шагов.

– О, конечно, вы же не знаете эту легенду.

– Легенду?

– Присядьте вот тут, – он помог мне опуститься на большой плоский камень, – я вам её расскажу, пока будете промывать рану.

Он быстро нарвал пучок травы и направился к воде, чтобы смочить его. Я тем временем осторожно сняла туфлю и приспустила чулок, что было непросто – ткань успела присохнуть к ранке.

– Держите.

Я поспешно опустила подол и взяла траву.

– Благодарю.

Ваухан отвернулся, чтобы я могла спокойно обтереть рану. Теперь он стоял лицом к камням на том берегу, от которых нас отделял черный поток.

– Присмотритесь, – подал голос он, – вы ничего в них не различаете?

Я сделала, как он сказал, но увидела только неотёсанные глыбы, составлявшие нечто, похожее на небольшую скалу.

– Нет, – честно призналась я, – а что это?

– Много веков назад, – неожиданно начал Ваухан, – когда край выглядел ещё совсем по-другому, первый граф Ашеррадена прогуливался в этих лугах, осматривая свои владения.

Лето выдалось удушливое, пыль забивалась в ноздри, скрипела на зубах, и он решил спуститься к источнику – в те времена он бил на месте этой реки. Пробираясь сквозь кусты, он неожиданно услышал серебристые переливы самого восхитительного смеха на свете. Он даже замер на миг, а потом раздвинул последние ветви. На берегу стояла девушка несказанной красоты. Она казалось сотканной из солнечного света, а от её голоса всё внутри трепетало.

Я зачарованно внимала истории.

От безыскусных слов вдруг повеяло первозданным волшебством. И мне, сидящей на холодном камне в промозглой ночи, вдруг ярко представился душный летний день, и двое участников тех событий.

– Граф тут же захотел ею обладать, у него и всех его потомков это в крови, – в голосе проступили знакомые нотки едва сдерживаемого гнева, и я удивилась, что эта легенда так трогала Ваухана. Но лица я не видела – он по-прежнему стоял спиной ко мне, не отрывая взгляда от груды камней на другом берегу.

 – Но та девушка была особенной.

– Кем же она была?

– Феей. Свободолюбивой феей лугов.

– Что она делала возле источника?

– Она ждала там своего возлюбленного – простого деревенского парня, вроде меня, – Ваухан повернулся и лукаво подмигнул.

– И что же граф, решил её завоевать?

– О, нет, – лицо рассказчика потемнело, – он и ему подобные просто берут то, что приглянулось, не спрашивая разрешения. Топчут, унижают, истребляют красоту.