Мы не поём на хинди

Без сомнения, мистер Шач-Дэба принадлежал к одной из высших каст. Только там можно встретить такой типаж.

Глава 6. Злачное место

В первые два-три дня проживания в Калькутте мы не понимали ни слова из того, что нам объясняли. Причина крылась вовсе не в нашей тупости. И даже не в недостатке языковых знаний. Маша худо-бедно по-английски изъяснялась, сама я закончила лингвистический. В отеле же английский знали абсолютно все. Но был один нюанс: сотрудники говорили с таким сильным акцентом, что разобрать смысл сказанного не представлялось возможным.

Перед вылазкой в город мы решили обзавестись местными сим-картами – в холле отеля работал салон мобильной связи. Продавец долго и очень подробно рассказывал нам о тарифах: с правильной грамматикой, сложными синтаксическими конструкциями, но, верите, нет, я ничего не поняла и лишь беспомощно кивала. А, кстати, знаете, что англичане прозвали индийцев «кукумбрами»[4 - от английского: cucumber – огурец] как раз по причине исковерканного произношения английских слов?

В общем, от затеи с сим-картами мы в тот день отказались.

Нам понадобилось несколько дней, чтобы адаптироваться к жуткому акценту. Зато мы сразу подсели на местную прессу, которая поставлялась во все номера по утрам. Английский – второй официальный язык в стране, и уж в газетах-то было понятно все. Тогда мы даже предположить не могли, что наши физиономии скоро украсят собою страницы печатных изданий. Впрочем, давайте по порядку.

Решив обойтись без сим-карт, мы попросили администратора вызвать нам такси. Очень уж хотелось поглазеть на «красивые архитектурные постройки». По крайней мере, именно так мы представляли себе то место, куда нас повез водитель. И вроде бы никаких недоразумений возникнуть не должно. Запрос обрисовали? Да. Девушка на ресепшен понятливо кивнула? Опять да. Ведь мы же ясно объяснили: хотим увидеть фешенебельные районы города.

Однако по какой-то неведомой причине нас привезли не в дорогие кварталы, а в злачное место под названием «Новый рынок».

Бывают моменты, которые хранятся в памяти всю жизнь. Прошло вот уже много лет, но я до сих пор с содроганием вспоминаю наш выход из такси. К нам вдруг разом бросились обитатели этой клоаки, заковыляли одноногие и однорукие шудры, окружили немытые дети. Все тянули к нам руки. Все хотели денег.