Хозяйка разрушенного замка, или Попаданка в поисках

Дворецкий вас проводит. Надеюсь, увидимся за ужином и сможем поподробнее побеседовать.

Я кивнула, параллельно следя за тем, как прислуга шустро сервирует стол для чаепития.

– Мистер… – начал он, смотря на человеческое воплощение ежа, но замолчал. Имени этого беззастенчивого джентльмена мы так и не узнали, и при обращении возникла заминка.

– Ой. Да просто зовите его Ёж и всё, – раздраженно произнесла, разбивая затянувшееся молчание.

– Эй! У меня вообще-то имя имеется! – оторвавшись от трапезы, недовольно воскликнул мужчина.

– Есть, – покладисто согласилась я, напугав этим мужчину так, что он аж выронил вилку. – Только вот пока ты его не вспомнишь, останешься Ежом.

Мужчина открыл рот для достойного ответа, а затем быстро закрыл его, вновь утыкаясь в свою тарелку с недоеденным мясом. Что нечего сказать? То-то же. Спорить со мной с утра и без выпитого мною кофе чревато. Как однажды сказала мне подруга: “Ты без кофе утром, как сломанная трансформаторная будка.

Только надписи на лбу “не подходи, убьет” не хватает”. Я тогда обиделась, а сейчас понимаю, что зря. Права была Кэт в этом своем наблюдении. Так. Спокойствие. Только спокойствие. А то, не приведи магия, снова использую свой дар и ненароком кого зашибу. Объясняй потом, что ты это не специально и вообще… Что “и вообще” – в голову никак не лезло. Чувствую, что без своего любимого утреннего напитка я здесь через несколько дней взвою.

– Кхм. Так вот. Мистер Ёж, вам нужно внимательно следить за своим состоянием и по возможности записывать.

Василина, помогите ему и запомните временной промежуток между превращениями. Если получится, то проанализируйте, какие возможные события влияют на перевоплощение. Все ясно?

– Ага, – синхронно произнесли мы, переглянувшись.

– Хорошо. Завтра проведу вам экскурсию по академии, а заодно обсудим все касательно вашего в неё поступления. Засим вынужден откланяться, – произнес он, заметив взволнованно топчущегося на одном месте слугу.

После поспешного исчезновения магистра в столовой остались лишь мы двое. Я принялась за чай с воздушным эклером, а вот мой сотрапезник все не спешил переходить к сладкому, терзая мои бедные ушки скрежетом вилки по тарелке. Эхо большой комнаты разносило этот мерзкий звук, усиливая его и заставляя меня нервно втягивать голову в плечи. При всем при этом вид мой друг имел самый что ни на есть невинный.

Через минуту мое терпение лопнуло.