Светлая страсть тёмного мага

Меня позабавило, что на меня поставил Рони и еще два-три студента-заучки, я знала, что выиграю, с трудом, из последних сил, но вырву победу из мозолистых рук бродяги.

На алых губах самозванного короля по-прежнему сияла улыбка, без плаща он выглядел наемником, вернувшимся из плена. Неужели, он не врет? И он – Людевик Двенадцатый, прекрасный король, которого придворные поэты сравнивали с серебристой луной, хоть он и был некромантом, и его следовало называть темным светилом.

В первый вдох после вскрика: «Начинайте!» – мне пришлось очень худо.

Король был искуснее, да просто сильнее, хотя меч некроманта оказался тяжелее эльфийского, это не сыграло мне на руку, потому что чего-чего, а силенок у меня было мало.

Каждый удар короля-попрошайки был сокрушительным, каждый выпад бродяги-самозванца толпа поклонников встречала выкриками и одобрительными хлопками по бедрам. Они казались мне стаей зубастых антраварров, загнавших меня–легкую добычу на высокое дерево и усевшихся вокруг в ожидании того, когда я окажусь на земле, и они разорвут меня на мелкие куски.

Они орали, что следующий удар будет последним, но это было не так. Мне было трудно, но с болью, страхом и азартом я быстро справилась. Холодный расчет и нужные заклинания уже работали над планом поражения бродяги-самозванца.

Начну я с того, что сотру улыбочку с губ этого короля-нищеброда. Пяток гадких запрещенных заклинаний слетел с моего языка.

Заклинания накинулись на моего врага, как мелкие бродячие псы на пушистую кошку.

Следующий удар противника был слабее предыдущего, король-нищеброд больше не улыбался. Я усилила магическую атаку, это были простенькое заклинание, руна, которую помнили только первокурсники, не давала королю дышать, он ловил ртом воздух, но в легкие его попадало недостаточно.

Король понял, что я колдую и попытался бросить в меня сложной руной, но я ушла от его заклинания, и он взглянул на меня, впервые, как на равную. А его сложная руна взорвалась у пола и несколько золотых звезд ударили в ближайших драконов, заставив их хрустально зазвенеть.

Затемнение глаз и руна спотыкания выбили моего противника из равновесия окончательно. Ясно, он всегда дрался по правилам, это почти доказывало, что передо мной настоящий король. Все перед ним расшаркивались, может быть, даже уступали и поддавались, а он и поверил, наивный, в свою неуязвимость.

Руны навязли на его ногах, и король рухнул на ровном месте.

Играть честно – невыгодно.

И это он понял.