Дракон в ее теле

– Рад встрече с вами, – теперь он уставился на меня. Цепко, не отпуская.

Сказать, что тоже рада, я не могла – нехорошо лгать сильнейшему менталисту королевства.

– Очень лестно слышать подобное, – ответила я, стараясь выглядеть спокойной и снова вспоминая о приличиях, – но, боюсь, нас не представили, и мне…

– Эр Андрис Геррард, – прервал меня он, – старший советник его величества, короля Флоириша Марка Буджерса. Представлюсь вам сам, это не запрещено, так ведь?

Он посмотрел на съерру О’Нил с насмешкой.

Ее губы чуть шевельнулись, но вслух гувернантка ничего не возразила.

– Познакомиться с вами – большая честь. – Я присела в легком книксене, с ужасом гадая, что ему от меня нужно. Зачем он устроил это представление при множестве людей? Чего хотел добиться?!

Мне стало холодно, как тогда, после утреннего кошмара.

Наши взгляды снова встретились. Его – темно-синий, выдающий сильнейший ментальный дар, и мой – карий, в котором должен был игриво плескаться огонь.

Только вот родная стихия не отзывалась, как я ни пыталась ее почувствовать.

Я испуганно посмотрела на руки, затянутые в белые перчатки. Забыв о приличиях, призвала огонь, дала ему волю – пусть только вернется, молю! Ничего. Ужас сковал по рукам и ногам!

Что происходит?!

Снова посмотрев на советника, я в отчаянии задумалась: он ли так действует на меня? Неужели эр Геррард подавляет мою природу? Но зачем?! Зачем он подошел к нам?! Собирается выдать?! Рассказать при всех, что я делала этой ночью?!

Испуганно отвернувшись, я посмотрела на съерру О’Нил, молча прося не то помощи, не то совета.

– Вам нехорошо, эра? – всполошилась самая понятливая в мире гувернантка. – Возможно, стоит выйти на свежий воздух?

– Да, – я почти шептала, а сердце колотилось, словно сумасшедшее. – Мне бы хотелось пройтись.

– Могу я составить вам компанию? – проговорил эр Андрис Геррард. И хотя свое требование советник подал как просьбу, всем было очевидно: отказа он не примет.

 – Мы могли бы прогуляться в ожидании его величества. Я покажу вам сад.

Я прижала свободную руку к груди, чувствуя невероятный холод. Ни огня, ни злости, лишь озноб, пробирающий изнутри, заставляющий дрожать и словно бы проваливаться куда-то. Как в кошмаре, что преследовал этой ночью.

Кажется, я пошатнулась, и эр Геррард протянул руку, желая удержать меня от падения. Я заметила удивление и непонимание в его невероятных глазах.