Ставка на любовь

Боже, что теперь будут говорить люди?

Тогда я ещё не понимал, не верил в то, что происходило. Но она уже всё решила. Моя Элиза…

– Джеймс, только не нужно так на меня смотреть. Вы ведь понимаете, что мне нужно всё обдумать? Поговорить с отцом, да и просто прийти в себя. Вы ошеломили меня.

– Я понимаю! И дам вам столько времени, сколько потребуется! Оставьте кольцо…

– Нет! – Она едва не швырнула его мне в руки. Словно украшение внезапно стало проклятым и могло причинить ей вред одним нахождением в ее руках с тонкими длинными пальчиками.

– Так и есть, мисси, – закивала ее компаньонка, пряча от меня взгляд. – Не стоит вам мёрзнуть с вашей-то чувствительностью к погодным условиям.

– Ты права, как всегда, – отозвалась Элиза и, уже отворачиваясь, попрощалась со мной, произнеся всего три слова: – До свидания, массир.

Не Джеймс. Больше она ни разу не назвала меня по имени. А спустя неделю я узнал, что отец отправил Элизу отдыхать на горячие источники, ведь она очень переживала из-за вынужденного разрыва помолвки.

– Господин Ллойд, – новоявленная супруга с силой дернула манжету моего рукава, – с вами точно всё в порядке?

С трудом возвращаясь из воспоминаний, я сконцентрировал взгляд на милой светловолосой девице, собирая в кучу мысли, так и норовившие разбежаться в стороны. Итак, еще вчера я хотел погибнуть, а сегодня женился! Прелесть какая…

– Дорогая… – с пафосом начал я и тут же осекся, позабыв имя той, с кем надлежало жить до самой кончины.

– Софи, – заботливо подсказал отец Хонж, проскальзывая мимо вместе с переносной тумбой.

– Угу, – потерев лоб, задумчиво взглянул на недовольный прищур девицы и забыл, о чем хотел сказать. Из груди вырвался печальный вздох. Взял супругу за руку и слегка покрутил тыльную сторону ладошки, посмотрел на отблеск камешка в обручальном кольце. Красиво. Нахмурившись, припомнил ту, кому украшение предназначалось.

Кто-то закашлялся, и я вздрогнул.

– Что ж, думаю, мы поладим, – проговорил тихо, все еще удерживая в своей руке длинные тонкие пальцы.

– Простите, дети мои, но церковь нужно запереть, – уже от двери окликнул нас отец Хонж. – Ещё раз поздравляю!

Я сжал зубы покрепче, кивнул.

Последние свечи были погашены мальчишками, и Софи, забрав свою руку из моей, блеснула глазами в темноте, как кошка.