Ставка на любовь

Невольно думалось о том, как явлюсь с женой в имение, как “обрадуются” мать с отцом, как быстро пролетит отведенное для сборов на войну время… И ещё перед глазами замаячил образ Элизы. Воспоминания о ней все еще причиняли боль. Хотелось не то напиться, не то выплеснуть на кого-то накопившуюся злость.

А рядом была только Софи.

– Налью! – донеслось из соседней комнаты. – Присаживайтесь, супруг дорогой. Сейчас принесу вам… погорячее.

– Так бы сразу. – Благосклонно кивнув, я упал на мягкий диван и, откинув голову, прикрыл глаза.

Желание было лишь одно: отсрочить еще немного день, когда придётся вновь становиться ответственным и серьезным массиром, старшим сыном и наследником Дэниела Ллойда, лекарем на службе Его Величества. Тогда же нужно будет задуматься над своим поведением, найти оправдание поступкам и искать способы решения многочисленных проблем, от которых я позорно бежал на донышко бутылки.

– А вот и я, – слишком радостно сообщила Софи, появляясь в дверях с подносом. – Не спите ещё?

И голос такой нежный, елейный.

Я, если и начал дремать, проснулся окончательно, сразу перебирая в голове все варианты того, что она могла подлить в заветную бутылку. От настойки для расстройства желудка до яда. Проверив магический резерв, уселся поудобней и замер в ожидании. Да так и обалдел, разглядывая содержимое подноса, бережно поставленного на столик передо мной.

– Что это? – спросил, хмурясь.

– Иван-чай. Горяченький, – мило улыбнулась супруга. – Я и себе налила. Тоже, знаете ли, замерзла.

Сказав последние слова, она присела рядом, взяла одну из чашек и, жмурясь, отпила едва ли не треть кружки. При этом Софи умудрялась ухмыляться и щурить глаза, словно кошка, сумевшая сделать мелкую пакость хозяину.

– Я просил не чай, – вздохнув, все-таки озвучил то, что она так жаждала услышать.

– Нет? – Её глаза озорно блеснули, с легкостью выдавая своенравие девицы. – А что же тогда?

– Ром.

– Но я ведь говорила, мы подобного не держим. Как жаль, что вам не нравится чай.

Я очень старалась вам угодить!

Разглядывая довольную Софи, я вдруг задумался, сколько ей лет. Совсем еще молодая… Глупая. Я и сам был далеко не стар, но жизнь в столице приучила к гораздо более злым шуткам. А ведь этой дурочке предстояло еще и на людях появиться. Вместе со мной.

Застонав в голос, прикрыл рукой глаза.

Хмель ушел из организма, бросив меня на произвол судьбы. И теперь, судя по всему, случая забыться снова мне не представится минимум до утра.