Вспомни меня, когда увидишь первый снег

Через несколько минут такой однотонной развлекательной программы мне стало скучно. Одни и те же новогодние песни играли уже в барабанных перепонках. Все это время я скучающе обводил взглядом одинаковый, вращающийся пейзаж. Когда голова закружилась, я перевел взгляд, посмотрел на Миллер и обомлел на месте. Она сияла от счастья. Будто маленький ребенок, Одри оглядывалась по сторонам с глупой улыбкой до ушей. Сверкающие огни отражались в ее хрустальных глазах. Я никогда не видел настолько счастливого человека.

Я бы никогда не смог стать таким же беззаботно счастливым, как она. Одри радовали такие мелочи, как эта карусель.

«Как мало ей нужно для счастья. Совсем еще ребенок!»

Она встретилась со мной взглядом и по-детски рассмеялась моему глупому выражению лица. Ее светлые волосы развевались на ветру. Мои тоже, но я даже не чувствовал этого. Не ощущал холода, забравшегося глубоко внутрь меня. Сейчас мне было так тепло на душе, что хотелось так же громко смеяться.

Музыка прекратилась.

Карусель остановилась. Люди повскакивали со своих мест и, впечатленные поездкой, направились в сторону выхода. Одри встала и позвала меня за собой.

– Пошли! Твое наказание закончилось, можешь выдохнуть, – с ухмылкой сказала она.

Я встал и пошел за ней.

– Ну как тебе? Весело, правда же?

Миллер отвлекла меня от мыслей. Я посмотрел на нее.

– Ладно, можешь не отвечать. Сейчас будешь гундеть и испортишь мое хорошее настроение. – Она потерла руки и выдохнула на них теплый пар.

– Тебе холодно?

– Что? А, нет. Пустяки.

Я помедлил, но взял ее за руку, скрестил наши пальцы и положил их в свой карман.

– Так теплее.

– С чего вдруг ты беспокоишься о тепле? Я-то думала, у тебя совсем ледяное сердце, – она попыталась мне колко ответить, но в ее голосе я уловил что-то иное, – оттаял, что ли?

– Не дождешься, – ответил я.

В ответ Миллер тихо рассмеялась, однако руку не вытащила.

+++

«У него такая крепкая ладонь. Так и правда теплее.»

Мы проходили мимо лавок рождественских игрушек.

Множество маленьких елочек, щелкунчиков, разных гирлянд и других сувениров украшали короткие стенды небольших магазинчиков. Я остановилась около одной из таких витрин. Лиам встал рядом, он явно подозревал что-то недоброе, поэтому глазел по сторонам, делая вид, что не знает меня. Однако, моя рука в его руке сцепляла нас, и от этого он не сбежит.

Я взяла в руки пушистую мишуру. Дождик переливался ярко-зеленым.