Вспомни меня, когда увидишь первый снег

Я снял его со своей шеи и прижал к себе, обнимая руками. И правда, эта маленькая ходячая катастрофа – единственный во всем доме, кто не видит во мне смертельно больного человека и кто остается в списке людей, которым я доверяю. Возможно, в силу своего возраста, брат даже не понимает, что скоро меня не станет.

Мы сидели так некоторое время, пока Тео не заговорил так серьезно, что мне показалось, будто я разговариваю со взрослым человеком, а не с шестилетним ребенком.

– Почему мама тебя ударила? Ты ее чем-то обидел? Это из-за того, что ты скоро умрешь, да?

У меня перехватило дыхание.

В первый раз мне придется говорить с братом по-взрослому и, видимо, все ему объяснить. Я внимательно смотрел ему в глаза.

– Ты все видел, да? Ты был там тогда?

Тео отвел взгляд. На его покрасневших глазах появились слезы, но теперь уже не от бесконечного детского счастья.

–– Вы часто ссоритесь. Лили сказала, что это из-за болезни. Поэтому мама тебя больше не любит? Она не любила и папу, когда тот умирал?

«Что…?»

В моей груди все сжалось.

В горле встал ком, который не давал выдавить из себя хоть слово. Я схватил ладошки брата в свои руки, чтобы придумать, что ему ответить. Хоть Тео родился после смерти отца и совсем его не знает, боль от утраты передалась и ему, так же сильно мучая ребенка.

Я облизнул пересохшие губы и потупил взгляд, лихорадочно подбирая слова.

– Ракель всех нас любит. Отец был для нее самым дорогим человеком. До конца его жизни она оставалась с ним.

Болен человек или нет, другие не перестанут его любить. Они будут стараться провести все оставшееся время вместе.

Тео шмыгнул носом. Его нижняя губа дрожала от слез.

– Почему ты скоро должен нас покинуть? Совсем как папа. Ты нас не любишь, поэтому хочешь уйти?

Я выдавил из себя как можно более мягкую улыбку. Этот маленький человек хочет знать ответ на свой вопрос, но его никто не сможет ему дать.

– Тео, я никогда не хотел вас покидать, – я пытался придумать слова, чтобы брат мне поверил, – просто, так сложилась жизнь.

Моя оказалась чуть короче, чем твоя, или мамы, или даже Лили. Как и у отца.

– Я… я не хочу, чтобы ты уходил от меня. – Он снова обвил мою шею руками и закричал: – Я тебя не отпущу! Я сам готов умереть, только ты не уходи!

На моих губах расплылась грустная улыбка. Придет время, когда я услышу его в последний раз, он заберется на мою шею и будет громко смеяться.