Собственность монстра

– Мам, если ты еще найдешь работу помимо той, что есть, то мне придется уволиться, потому что с Сашкой сидеть будет некому.

– Ну да, – согласилась она грустно.

– Ладно, мам. Не переживай. Я зайду куплю сегодня мяса.

Сбросив звонок, я долго сидела, глядя в стол. Мяса… Мне на смеси бы хватило для Сашки. Тут уже не до деликатесов. А сейчас еще прикорм начнется. Эти баночки такие дорогущие. Как выжить?

Мама уже предлагала мне продать квартиру и перебраться с дочерью к ней. Но там и одной-то тесно, не то, что с нами.

А Сашка вырастет, что тогда? И так стало себя жаль, хоть плачь. Еще и приказ этот, будь он неладен. Я просидела над ним весь день, попутно выполняя то одно, то другое поручение новоиспеченного шефа: это отсканируй, то откопируй, найди, позвони, сделай. И все срочно, быстро, вот прям кровь из носу. Какой же он невыносимый! Слава Богу, что рабочий день закончился и можно с чистой совестью отправляться домой. Ага, размечталась! Наивная!

– А ты куда? – рука уже взялась за дверную ручку, когда за спиной раздался грубо-удивленный вопрос.

– Домой. Шесть часов же, – оглянулась я недоуменно.

– И что?

Он серьезно? Может, не в курсе?

– Ну, у нас рабочий день до шести, – решила я просветить его.

– Рабочий день до стольки, до скольки я решу.

– Но…

– Не нравится? Заявление на стол.

И тут я не выдержала.

– Я вообще-то не ваш секретарь.

От моей наглости он опешил.

– Меня просто попросили подменить Свету.

– Не знаю, кто такая Света, но замена так себе.

– Вот и скажите об этом Тамаре Сергеевне, – выплюнула я ему холеную рожу. – Пусть найдет вам подходящего секретаря. А я вернусь к своей непосредственной работе.

Я видела, как наливались яростью глаза нового шефа, как он медленно двинулся на меня. Все, мне крышка. Сейчас ударит. Я даже съежилась вся и опять забыла, как дышать.

– Ты вылетишь на улицу, где тебе самое место, – прошипел он. – Еще и по статье.

А вот это уже действительно страшно.

– Заявление мне на стол! – рявкнул гендир так, что зазвенела посуда в шкафу.

Я чувствовала, как глаза наполнялись слезами. Нет, нет, нет, только не плакать.

– Простите меня, – с трудом произнесла онемевшими губами, опустив глаза. – Я… Я останусь. Не надо меня… увольнять.

Он пристально смотрел на меня, тяжело дыша, а потом резко развернулся и направился к себе в кабинет, бросив уже на пороге:

– Приказ о дресс-коде готов?

– Н-нет. Сейчас сделаю.