Сгореть в огне

Сайя кивнула и села за свою парту. Открыла рюкзак, чтобы обнаружить, что вместо истории утром взяла проектирование. Под пристальным взглядом наставника достала учебник, тетрадь и ручку, отчаянно надеясь, что Джойс Самич удовлетворится уже сделанным выговором. Иначе смешить ей одноклассников до окончания пары.

К вечеру, оставшись в классе после последней пары, как ей велел ректор Крид, она просто положила голову на лист бумаги и уставилась в окно, за которым понемногу темнело. Поняла, что ни разу за день не вспомнила об Айсо, которая дожидалась ее возвращения, чтобы вместе пробежаться по локациям, прокатиться в грозовом небе на Каджу, возможно, встретить Хёна.

Сайя действительно много пропустила, слишком заигралась в ассасина. Ее знания стремительно катились вниз, как и успеваемость. Всерьез представила, как на общей паре в начале второго триместра под дружные аплодисменты ей торжественно вручают уведомление об отчислении. И ехидную усмешку наставника Самича.

– Вот уж нет! – воскликнула она. – Не дождетесь, все сдам! Сама буду смеяться над вами всеми, вот посмотрите!

– По какому поводу смех? – раздался голос с порога, заставивший Сайю испуганно прижать руки к груди.

Она быстро оглянулась – новенький, темноволосый, с мольбертом в одной руке и жесткой прямоугольной сумкой – в другой. Стоял у открытой двери и вопросительно оглядывал класс. – Это ты сама с собой тут? Совсем скучно, да?

– Иди отсюда, – невнятно пробормотала Сайя. Парень фыркнул и прошел в класс.

– Сожалею, но мне нужно закончить проект.

Придется потерпеть. Мое общество. – Он установил мольберт, раскрыл свою сумку и достал перо. Чуть повернул голову вбок, проверяя освещение. – Сделай вид, что меня здесь нет. По крайней мере, я собираюсь поступить именно так.

Он повязал на голову бандану, пряча под ней волосы до плеч, сел к ней спиной и действительно принялся за рисунок.

Сайя перевела взгляд на свой идеально чистый лист, на котором уже должны быть хоть какие-то наброски. Достала угольный карандаш, занесла руку над бумагой и задумалась.

– Для угля лучше взять холст. С этой бумаги все осыплется, – заметил парень. Слегка отклонился назад, сжал и разжал пальцы, потер следы туши, оставленные пером. И вновь склонился над своим мольбертом.

– Умник, – едва слышно сказала Сайя. – Сама знаю.

Вот только ни холста, ни текстурированной бумаги у нее с собой не было. Поэтому она тоже взяла перо и тушь. Парень оглянулся и хмыкнул.

– Слушай, – не выдержала Сайя.