Сгореть в огне

Твои удары – как укусы, так что я ожидал что-то подобное», – он достал свиток, прошептал что-то и перед ними вспыхнул портал, сквозь который проглядывали знакомые очертания площади Снежного города. Шайса подтолкнул сина вперед. – «Давай, прыгай. И больше не попадайся мне на глаза».

Хён дождался, пока туннель перед ними закроется, потом повернулся к Шайсе.

«А теперь ты мне расскажешь о метке, о которой говорил этот паренек. Когда, где и как ты ее снял? И самое главное – почему я об этом узнаю у посторонних?»

Ассасин опустил голову, поковырял носком кожаного сапога щербинку на плите.

«Слушай. Я не совсем уверен, поэтому ничего не говорил. Шаман», – он взглянул Хёну прямо в глаза. – «Он подошел ко мне с предложением заплатить. Реальными деньгами. На счет в банке».

«Ты, судя по всему, так и сделал», – кивнул Хён. – «Дальше?»

«Уже к вечеру счет был заморожен, потому что его владелец скончался».

Хён прикрыл глаза, туша ресницами разочарованный блеск.

«Знакомо, ожидаемо.

Шайса скривился, раздраженно повел плечами, покрытыми широкими кожаными наплечниками.

«С этими сменами ника я не могу его поймать. Только он был – и все, уже нет такого в моих контактах. А на вид они все одинаковы – доспехи, посохи и бездна заносчивости».

Протектор присел на одну из плит, окружающих стоянку лодок, повертел в руках шлем и надел его на голову. Края мгновенно притянулись к нагруднику, наглухо защелкнулись с тихим щелчком.

«Сделать запрос, кто часто пользуется сменами ника. И надо бы расспросить этого Айсо – откуда он узнал о том, как снимается метка». – Поднялся и размял плечи, не обращая внимания на недовольство напарника при упоминании маленького ассасина. – «Ну что, идем к нашим? Может, там что-нибудь увидим, услышим».

«Мне снова получить метку?» – уточнил ассасин. Видно, сегодня ему предстояла охота не на рейдовых боссов.

«Можешь заняться этим прямо сейчас. Внизу полно народа».

* * *

Этот брюнет изрядно тревожил. Он никогда не снимал бандану, и, если бы не густые пряди, отливающие синевой, рассыпающиеся по плечам, Сайя решила бы, что он скрывает проплешины. Он каждый вечер занимал художественный класс, вынуждая ее либо мириться со своим присутствием, либо искать другое место. Где ей было совершенно некомфортно.