Все потерять

Прекрасно понимал, что каждый терминал находится под прицелом камеры, а то и не одной, но ему оставалось либо так, либо ограбить какого-нибудь припозднившегося бедолагу.

Глубоко вздохнув, он развернулся, спокойно, стараясь не настораживать никого паническими метаниями. Страх перед белыми плащами анатомиков загонял его под стены домов, здравомыслие советовало идти прямо, ведь нет ничего необычного в человеке, прячущемся под капюшоном от непогоды. А вот жмущаяся к каждому дереву и стене тень как раз и вызовет любопытство.

Если не людей, так собак точно – они уже следовали за ним на расстоянии, привлеченные необычным поведением двуногого.

Насколько они голодны и доведены до отчаяния лютым морозом, что рассматривают ослабевшего человека как пищу, Таймин понял, когда услышал за спиной глухое рычание. Тихое, злобное, не призванное напугать; псы явно нашли добычу. Человек в один момент покрылся холодным потом, продолжая идти вперед, боясь остановиться и едва сдерживая себя, чтобы не побежать.

Иначе они нагонят его враз, собьют с ног и растянут по кусочкам по подворотням. Долго же будет гвардия потом разгадывать, куда он мог так блестяще спрятаться.

Из-за угла показались люди, заставив зверей чуть утихнуть. Пять человек, увлеченных разговором, направлялись в его сторону, и в первый момент Таймин безумно обрадовался, услышав голоса. Потом быстро обернулся назад, припомнив невнятные рассказы Райера об ужасах лаборатории. А следом выпрямился и ускорил шаг, решив, что от людей убежать все же проще чем от собак.

К тому же прохожие так и не глянули на него.

У терминала никого не было. Только камера пристально следила за ним, фиксируя каждого, кто подходил. Укрыться от ее глаза было сложно, установлена была ровно напротив лица. И как Таймин ни старался повернуться, четко сфотографировала его. Он даже код не успел набрать, как болезненно обостренный слух различил быстро приближающийся рев двигателей. Машина была не одна, и означать это могло только одно: за ним направили почетный конвой, едва появился в поле зрения.

Проклиная свою самонадеянность, Таймин бросился в проулок, к задней двери уже закрытого кафе, где отпечатков подошв было столько, что его следы не сразу смогут отыскать. У стены в ряд выстроились мусорные баки, в один из которых он и забрался, осторожно придерживая крышку, чтобы не громыхнула. И затаился, боясь лишний раз пошевелиться, не зацепить пакеты под ногами.