Все потерять

Проще согласиться, что у нее случилось помутнение, чем ловить на себе обеспокоенные взгляды, словно она привороженная страдающая дурочка и ей срочно требуется психологическая помощь. И чем больше она будет доказывать, что это не так, тем сильнее все будут уверяться в обратном. Сайя махнула Тоири рукой и вышла из комнаты. Дошла до лифта и пришлось возвращаться за курткой.

В офисе у турникетов опять встретилась с девушкой, решившей ей помочь в первый день. Копна ее светло-русых волос так же падала на плечи, небрежно заколотая над ушами, в светло-зеленых глазах пряталась смешинка.

Та протянула руку:

– Веонка Бйанда. Раз уж мы работаем вместе, надо знакомиться.

– Сайя Синора, – Сайя пожала ладонь, оказавшуюся на удивление крепкой, ведь сама новая знакомая была похожа на снежинку, хрупкая и изящная, казалось – тронь и растает. – Я в отделе дизайна. Прохожу практику.

– О, – Веонка обрадовалась. – Я совсем рядом, в арте. Художник. И у нас сегодня вечеринка.

Не хочешь? Познакомиться со всеми вне офиса?

– Удобно ли? – засомневалась Сайя. Это была бы отличная возможность влиться в коллектив и завести знакомства. – Я даже не сотрудник, а так…

– Риф проговорился, что тебя направила сама Айта Лигура? – художница подтолкнула Сайю к подъехавшему лифту. – Идем. Думаю, что тебе предложат остаться – вира Лигура у нас вроде счастливого талисмана. Так что соглашайся на вечер.

В кабинетах говорили исключительно о работе, по крайней мере, с ней.

Риф Шатизар весь день просиживал за стеклом своего кабинета и все указания рассылал в рабочие чаты. Остальные с головой уходили в свои мониторы, прерываясь только на то, чтобы посоветоваться с соседом по поводу опять же задания. И внеофисная встреча с людьми, с которыми ей позарез нужно подружиться, оказалась так вовремя.

Таверна Ши Андо была одним из самых популярных мест в Третьем центре. И Сайя просто не представляла, сколько стоило компании арендовать помещение на весь вечер для своих сотрудников.

Атмосфера Ньяна ощущалась во всем: и в цветовой гамме – сочетание насыщенных красных и черных цветов на стенах, в бамбуковой мебели, свободно расставленной по залу для создания ощущения пространства, в ажурных решетках между столиками и на стеклянном потолке, сквозь который виднелось небо. С решеток спускались небольшие фонарики, и это было единственное освещение зала, мягкое, не режущее глаза.