Разбитые воспоминания

Определение «приказ» в данном случае подходило гораздо больше.

– Приступаешь на следующей неделе. И без возражений, ясно? – как гром среди ясного неба проревел возвышающийся над Элинской начальник, – это большая честь, что они проявили заинтересованность именно в наших кадрах. Будь так любезна, не подведи. – Борис Семёнович Ланграф, главный научный сотрудник и по совместительству заведующий лабораторией биоэлектрических интерфейсов окинул взглядом едва ли не дрожащую от негодования Искру Булатовну и смягчившись, добавил:

– Искорка, прости.

Нам очень важно зарекомендовать себя, как достойную организацию. Конкуренция возрастает с каждым годом. А бороться с новыми компаниями всё сложней и сложней. Ты же наш ведущий научный сотрудник, мы не можем упустить такой шанс. Докторскую защитишь, ты же хотела.

Борис Семёнович поднялся со своего места и с вымученной улыбкой двинулся в сторону замершей на месте Элинской. Когда между ними оставалась всего пара шагов, Искра Булатовна на автомате отступила к выходу.

Заведующий лабораторией был выше нейрофизиолога на целую голову и шире раза в три. Глубоко вдохнув, как человек, готовящийся нырнуть на глубину, Элинская осторожно поинтересовалась:

– Борис Семёнович, Вы меня выбрали, только потому, что Эдик сейчас в командировке? Разве участие в международном исследовании по лечению пациентов, находящихся в вегетативном и в малом сознании, не являлось приоритетным?

Широкие брови Ланграфа, посеребрённые сединой, свелись к переносице.

Лоб пошёл морщинами, похожими на трещины иссохшей краски. Борис Семёнович с некоторым сожалением взглянул на Искру Булатовну и тихо ответил:

– Если бы я на самом деле так считал, то отозвал бы Эдуарда Мстиславовича. И потом, он всё-таки в прошлом врач-невролог. У тебя семь дней, чтобы закончить дела в нашей лаборатории и перейти в «Заслон». Я уже отдал распоряжение в бухгалтерию. Тебе выплатят командировочные, билеты на беспилотник до Питера подберёт Аллочка.

Всё, иди, – тоном, не терпящим возражений, Ланграф поторопил Элинскую.

На этом их разговор был окончен. С той самой не слишком приятной беседы минуло три месяца и ветреный апрель остался в прошлом. Искра любила пройтись перед работой, предпочитая передвигаться на своих двоих, нежели на электромобиле или гравитобусе. Хотя следует отметить, хлынувший ливень в утренние планы Элинской включён не был.