Сгоревшая заживо. Фэнтэзи, другой мир, попаданка

Плечо снова кто-то ковырял… Я открыла глаза.

– Проснулась? Отличненько! Будем вспоминать, как тебя зовут. Весело гремя костяшками Гарри поскакал к стене, на которой вчера крепил рулон.

– Поступим так, я показываю букву, если она есть в твоем имени, моргаешь дважды, нет – один раз. Все поняла? Моргнула.

– Итак! Гарри показал на какую-то закорючку. Я не моргаю. Я вообще не понимаю, что это, это вообще буква? На вторую. Держусь, не моргаю. На третью – глаза слезятся, но я держусь. Потом просто закрываю их и не открываю больше.

Слышу, как Гарри пргремел в мою сторону и погладил меня по голове.

– Неграмотная что ли? Бедненькая моя. Ничего, и выучимся, и вылечимся. Дел то у тебя все равно нет! Я открыла глаза и с укором на него посмотрела.

– Шучу! Дела тебе хозяин придумает. У него не забалуешь. И мы начали учить буквы. К вечеру я запомнила алфавит. Надо отдать должное моему скелетику. Он не просто повторял. Он давал задание. Показывал букву, потом называл ее, а я должна была моргать, отвечая на вопрос, верно ли он назвал букву.

Казусов по поводу туалета и еды у нас тоже больше не случалось. Как только мне приспичит, я долго смотрю на дверь уборной, ни на что не реагируя. Если захочу есть – на живот. Имя мое мы тоже выяснили. Гарри легко воспринял его и запомнил.

К концу дня я прониклась симпатией к Гарри настолько, что действительно была не против, стать с ним одной семьей. На этой позитивной ноте я уснула.

На протяжении следующей недели мы с Гарри учились читать по слогам.

Он принес книги. И читал мне все подряд. Историю, сказки, научные труды. На научных трудах я бессовестно отрубалась. Поскольку продраться через частокол непонятных слов было нереально. А спросить их значение я не могла.

И вот, в один из дней, Гарри читал мне очередную книгу, но вдруг вытянулся, замер, а потом сорвался и выбежал из комнаты. Я заерзала, переживая за него и изнывая от неизвестности. Внизу раздались голоса. Но кто это мог быть? Кроме Гарри я никого не видела, барон уехал на месяц.

Может он вернулся?

Через некоторое время в комнату вошла пожилая дама. На голове у нее был объемный пучок каштановых волос с проседью в них. В уголках глаз застыли морщинки, как у человека, который часто и с удовольствием улыбается, взгляд был добрым и каким-то домашним. Она не рассматривала меня, просто смотрела, как на давно знакомого собеседника, не оценивая.

– Ника, познакомься, баронесса Тигель, родная сестра нашего хозяина.