Засохшее сердце

Разговор у них был теплый, сельский. И люди они были очень добрые.

Я огляделась. На улице стоял февраль, не самый мой любимый месяц. Но светило солнце, снег здесь был белый-белый, а я слишком счастливой. И я полюбила этот февраль. В малоинформационной, но душевной болтовне мы провели выходные.

Олежка, кажется, тоже был доволен.

А в понедельник на работу позвонил Женя. Он ехал в Москву. Хочу ли я поехать с ним. Я подумала о том, что зарождающейся любви с Олегом стоит отдохнуть, мне не хотелось ее потерять вот так – сразу, я согласилась.

Скинула смс – «Я уехала. Целую»

В Москве у меня жила подруга. Очень близкий мне человечек. Мы дружили в Тольятти, ходили в местные кафешки, знакомились с местными мужчинами, обсуждали их, смеялись и грустили вместе, как вдруг она уехала. Сняла квартиру, нашла работу и осталась жить в другом городе. И вот у меня появилась возможность увидеть ее. Лишь бы не скучать по Олежке и испортить этим весь отдых…

Мы выехали этим же вечером. Дорога от Тольятти составляла порядка тысячи километров, примерно пятнадцать часов.

Женя все пятнадцать часов говорил. Говорил о всех своих мыслях, душевных переживаниях, а еще временами конфликтовал. Поводу поругаться он как будто радовался, высказывал свои недовольства, в общем, надоел мне к концу поездки безумно. Вдобавок, он предложил выйти замуж. Спасибо, подумаю.

Я предполагала поехать с ним и обратно, но решила поберечь свои нервы и вернуться поездом. И еще я думала об Олежке.

Мы подъехали к дому Ирки. Я так соскучилась по ней так, что немножко подпрыгивала на сиденье от нетерпения.

Она встретила у подъезда. Зацеловала. Холодно оглядела Женю, который стоял в шлепках, в трениках с оттянутыми коленками. И это в феврале месяце!:

– Здравствуйте.

Женю нисколько не смутило отсутствие теплого приема. Он затараторил:

– А на дороге у вас такое движение. Еле проехал. А цены то, а цены. И чего ты сюда приехала, сколько вот зарабатываешь? И еще квартиру снимаешь, наверняка дорого. И город то грязный-грязный. Вот у нас в Самаре…

Кстати, Женя жил в Самаре, прекрасном на его взгляд городе.

Многократно прекраснее моего Тольятти. На мой взгляд, Тольятти тоже ничего. Очень ничего, между прочим.

А Женя все говорил и говорил. Он не давал вставить нам ни слова, его не волновало, что мы не виделись уже три месяца, в общем, ему надо было поделиться своей информацией.

Мы поднялись. Под шумок я прилегла на диван, отвернулась к стеночке и решила поспать. Пусть Иринка разбирается.