Альтер эго

Прости, не хочу обидеть, но мне чужды ваши рассуждения.

– Ничего, я вовсе не обижаюсь. – Она добродушно улыбнулась и опустила взгляд.

– Просто человек ведь не одноклеточный организм, чтобы ни на что не реагировать…

– Наше восприятие придает происходящему тот или иной оттенок, ставит клеймо: плюс либо минус.

– Ты считаешь, я утрирую и все, что случилось со мной – это милость Господня? – Я не смогла сдержать нервный смех.

– То, что уже нельзя исправить, стоит принять и отпустить. Только это я и имела в виду.

Жизнь непредсказуема. Она похожа на азартную игру – независимо от того, какую купюру поставишь на кон, шансы победить или провалиться абсолютно равны.

– Ты слишком много общаешься с Цэте. – Я натянуто улыбнулась. – Слышу в твоих словах его голос. Расскажи лучше, как ты оказалась здесь? Ты никогда не говорила об этом, а мне интересно знать.

– Череда случайностей. – Она, смеясь, передразнила меня. – Я росла, не зная, что такое любовь и забота, какова она – жизнь за стенами сиротского приюта.

Все казалось пресным и бесцветным. Каждый новый день я встречала в унынии. В общем, плыла по течению. Понимание того, что меня бросили самые родные люди, по-видимому, вылилось в неосознанный протест – ответный отказ от окружающей действительности. Привычные места, знакомые лица… Но все было чужим. Чувствовала себя, как пришпиленный воздушный змей. Эта невинная детская игра – на самом деле жестокая забава!

– Иллюзия свободы… Ты не представляешь, насколько мне близки эти мысли!

– Мы похожи куда больше, чем ты готова признать.

Окружение работает по принципу зеркала – отражает наши собственные пороки и добродетели. Мы встречаем тех, кто, подобно сигнальным маякам, указывает на скрытое в нас самих.

– Быть может, и так… Но, возвращаясь к теме, что помогло тебе измениться? Сейчас я вижу перед собой отнюдь не угрюмую, обиженную на весь мир девочку.

– Порой, чтобы узреть свет, сперва нужно пройти сквозь тьму.

– Видимо, я до сих пор блуждаю во тьме, раз все еще не вижу света…

– Всему свое время.

– И когда же пришло твое?

– В шестнадцать лет произошло обострение болезни… Врожденная патология сосудов головного мозга. Меня прооперировали, но врач не дал оптимистичных прогнозов. Сказал лишь, что каждый день может стать последним. Все, кто знал меня, в один голос утверждали, что из-под наркоза я вышла другим человеком. Операция послужила толчком к переосмыслению. Мне захотелось по-настоящему увидеть этот мир и полюбить его.