Любовь сквозь миры

– Понравилось танцевать? Понравилось чувствовать на себе пожирающий взгляд, чужие руки? – кричит он, а я вздрагиваю от неожиданности и получаю новый удар. – Такие, прикосновения тебе нравятся, а? – дёргает за ворот платья, пытаясь его порвать, начинает сминать грудь, а меня парализует от шока и страха. Задирает подол платья и слышу, как он расстёгивает ширинку.

– Нет, Антон, нет. Перестань, пожалуйста, не надо! – начинаю плакать и брыкаться в его сильных руках. – Остановись, умоляю тебя! Ты меня пугаешь! – и он отпускает, ошарашенно, глядя на меня.

Отстраняется и опускает платье, закрывая ноги.

– Я… извини. Прости, принцесса. – шепчет он и поправляет мне волосы, а я шелохнуться боюсь. – Я…я приревновал тебя к Пашку. Ты моя, слышишь? Только моя! Прости, моя маленькая. – говорит и прижимает меня к себе, а я продолжаю всхлипывать.

– Ты очень напугал меня и сделал больно. Я ведь ничего такого, мы просто общались, я…я люблю тебя и мне больше никто не нужен. Слышишь? Ты веришь мне? Только ты.

 – смотрю в его глаза и мне, кажется, что вижу в них раскаяние. Антон обнимает меня и даёт знак водителю, что можем ехать. Я устраиваюсь на его плече, а он не перестает гладить меня, так мы доезжаем до гостиницы.

Антон в лифте берет меня на руки и заносит в номер, где всё усыпано лепестками роз, мы заходим в ванную комнату, которая тоже усыпана цветами.

– Ты моя и только моя. – говорит Антон, снимая с меня платье – Чтобы не случилось, ты должна быть рядом, всегда. – раздевается сам, и мы забираемся в ванну.

Я откидываюсь на его грудь, устраиваясь между ног и он начинает ласкать, медленно, нежно. Сначала плечи, грудь, а потом спускается ниже, я окончательно расслабляюсь, получая удовольствие от его, уже настойчивых движений, и когда его пальцы врываются в мою плоть, по телу проходит волна и я выгибаюсь, а мой крик, Антон заглушает поцелуем.

Дальше мы продолжаем на кровати. Я улетаю, от его ласк. От умелых рук, настойчивых губ, языка. Он любил меня то нежно и ласково, то вбивался, как сумасшедший, оставляя синяки на теле.

Измождённые и удовлетворённые мы засыпаем почти под утро, а из памяти уходит, не приятный момент в машине, и я верю, что этого больше не повторится. Но, как же я ошибалась, на этот счёт.

Вечером мы улетели на Кипр, на неделю. Антон все дела своей студии звукозаписи оставил на Пашу. Вещи были уже собраны и доставлены в гостиницу. Поэтому можно было выспаться, набраться сил и ехать в аэропорт прямо отсюда.