Кинжал Гая Гисборна

Даже если это были нищие, до которых Робину не было никакого дела, Уилл нападал на них и убивал с такой жестокостью, что даже рыцари не могли сдержать слёз при виде изувеченных тел.

– Не хочу сказать, что вы плохой шериф, – пробурчал Йован, – но, может быть, если бы у вас в рыцарях ходили нормальные люди с крепкими нервами, всё закончилось бы по-другому.

Старик вздохнул и покачал головой.

– Что вышло, то вышло… Я остановился на Уилле. Вскоре его запал сильно помешал Робину.

Разбойники караулили в лесу монахов, чтобы добыть информацию о каких-то оккультных реликвиях, нужных Гуду.

Но при нападении Уилл не сумел сдержаться и перерезал горло их главе, единственному, кто обладал этими знаниями. Робин пришёл в такую ярость, что напрочь забыл об оставшихся в живых. Одному монаху удалось сбежать, и он рассказал мне, что видел, как Робин Гуд в порыве гнева всадил Скарлету стрелу в сердце.

Я обрадовался было, что их стало на одного меньше, но через несколько дней собственными глазами увидел Уилла. Это был уже не тот безумец, что бросался вперёд главаря, теперь он молча и покорно исполнял приказы Робина.

А когда я приблизился к нему, то понял, что смотрю в лицо мертвеца.

За эти несколько лет Гуд обучился самому тёмному из умений – некромантии, и Уилл оказался первым, кого он воскресил. Не прошло и года, как его люди, один за другим, превратились в таких же существ, послушных, бессловесных и постепенно гниющих.

С тех пор мои шансы истребить разбойников сравнялись с нулём, ведь уже умершего невозможно убить.

Несмотря на то, что тела мертвецов постепенно распадались, Робин умело восстанавливал их, и они могли ходить, бегать и убивать хоть сотни лет.

Но и всего полученного ему оказалось мало. Бессмертным слугам нужен был бессмертный хозяин, и он овладел и этой магией.

Я понимал, что победить его обычными методами невозможно. Благодаря заговорённым стрелам он мог в одиночку перебить целый отряд, а теперь, когда с ним была ещё и нежить… В отчаянии я обратился к местной колдунье.

Робина она ненавидела едва ли не сильнее, чем я. Уж не знаю, что между ними произошло… Она обещала изготовить оружие, способное его убить. Это могли быть меч, копьё или стрела – что-то, чем можно пронзить сердце, единственное слабое место бессмертного человека.

Но Робин узнал о нашем плане. Конечно, потом я выяснил, кто из моего окружения рассказал разбойнику обо всём, но это уже не имело значения…

Меня разбудили среди ночи с криком, что дом колдуньи горит.