Моя дочь от бывшей

Краем глаза замечаю девочку, и в сердце колит. Сам не понимаю, почему, ведь это просто ребёнок. Пусть не такой самостоятельный, как остальные дети, но ребёнок.

Обычный.

Чужой.

– Милая, я иду. Тут дядя зашёл, чтобы помочь нам вынести мусор, – говорит Вика. – Я сейчас. Выброшу весь ненужный хлам из дома, и вернусь.

Она уходит на кухню, а потом возвращается с мусорным пакетом и сует мне в руки.

– Хоть какую-то пользу сослужи и выкинь, – зло бросает на меня Вика.

А я понимаю, что под хламом она имела ввиду не этот пакет, а меня.

Выхожу и долгое время стою перед захлопнутой дверью, пытаясь осознать случившееся. Только на улице около мусорного бака понимаю, что снова пустил по своим венам этот проклятый наркотик, который вызывает зависимость. Я снова пытаюсь добиться от этой женщины невозможного, хочу её любви, но понимаю, что это невозможно. Она никогда не любила меня, лишь пользовалась мной, мечтая завладеть моими деньгами, которых на тот момент было не так много, как сейчас.

Ругаюсь себе под нос и сажусь в машину.

Звоню своему человеку и прошу купить продукты первой необходимости, витаминные морсы, соки и лекарства от простуды для взрослого и ребёнка, какие только есть, а потом отвезти по адресу, который отправлю ему в сообщении.

Я отправляю адрес Вики, обещая себе, что это наша последняя встреча, что больше я не позволю себе расслабиться, женюсь на Дарине, и моя жизнь станет нормальной. Я избавлюсь от зависимости, забуду эту женщину и навсегда вычеркну её имя из своего сердца.

Перед глазами вновь появляется образ девочки.

Хрупкая…

Бледная…

Чужая…

*Вика*

Чееерт.

Обнимаю себя за плечи и медленно стекаю спиной по стене.

То, что сейчас случилось, не идет ни в какое сравнение с самым сумасшедшим смертельным аттракционом. В груди печет, а на языке появляется неприятный привкус – вкус разочарования.

Он только что был здесь, ему хватило наглости появиться тут, на пороге моего дома! И не просто появиться, а…

Нервно прислушиваюсь к шуму за дверью, ожидая, что бывший муж может вернуться и сказать свое самое последнее, веское слово, выслушивать которое, я, конечно же, не собираюсь.

Мне хочется стонать и вопить от разочарования, злости. Эмоции такие острые, что буквально режут пополам. Как бы мне собрать себя по кусочкам, если мое стеклянное сердечко постоянно подвергается таким ударам?

– Мамочка, – слышу как сквозь вату голосок Вареньки. – Пить.

Тут же вздрагиваю и вскакиваю на ноги.