Эдем: земли пар

Белый ящер бил беспощадно своей громадной лапой до тех пор, пока раздвоенный длинный язык сородича не перестал трепыхаться и обхватывать его ногу. В доме нависла тишина и не было слышно даже легкого рычания. Лишь вой ветра проносился по коридору. Самым длинным когтей белый оборотень пронзил чешую, окропив кровью шею мертвого раптолака. Оскалив острые, как бритва зубы, он повернулся к остальным.

– Почему я так с-с-сделал? – свирепо спросил белый ящер, постукивая большим когтем по расцарапанным половым доскам, – отвечайте же!

– Вы запретили нам убивать детей, – смотря в пол, тихо ответил один из оборотней.

– Неужели? А это тогда что? – рассвирепел раптолак, указывая на обглоданное тело девочки.

– Это вышло с-с-случайно, – виновато произнес один из оборотней.

– Наш с-с-собрат пыталс-с-ся забрать девочку, но когда он ее с-с-схватил на него напала ее мать. Она выбила его с-с-своей с-с-силой в другую комнату через с-с-стену. Шея девочки не выдержала такого удара и с-с-сломалас-с-сь.

– И вы решили, что раз она мертва, то можно и с-с-сожрать? Из-за таких жадных выродков, как он, мы для пар главные враги, – пнув труп оборотня, рассвирепел белый ящер.

– Мы не прикасались к ребенку.

– И правильно. Иначе бы были уже мертвы. Я знаю, как для вас с-с-соблазнительно полакомиться ребенком. Ведь детская печень с-с-совсем другая на вкус-с-с. Но богиня ночи одарила нас-с-с вс-с-сех с-с-своим даром не затем, чтобы мы ели детей. А чтобы мы их обращали.

От этих невинных чад завис-с-сит наше будущее. И ваша задача не наедаться и убивать, а находить детей.

– Да, Древний, – смиренно поклонились ящеры, замерев в ожидании.

Их вид не вызывал ничего, кроме жалости. А их обращение «древний» лишь навевало воспоминания о том, как долго ящер живет в этом мире. О дне, когда он стал первородным оборотнем. Одним из нескольких. В те дни он был таким же дикарем и чудовищем, как лежавший рядом мертвый собрат. В голове мелькнуло воспоминание его самой первой жертвы – юной девочки у водоема.

В груди смешалась тупая боль и чувство жажды. Глаза наливались кровью, запах юного ребенка манил вцепиться, но ящер был непреклонен. Он должен быть примером для остальных и не поддаваться зову зверя. Чувства обострялись все сильнее. Сладковатый аромат казался повсюду и надо было скорее уходить. Отдав команду, белый ящер выбрался вместе с остальными оборотнями на крышу с видом на город.