Райские Спагетти

Будто собака в доме: когда воздух пропитан нервозностью, она передвигается, опустив голову, стараясь прижаться к стене и остаться незамеченной для хозяев. Собака в доме – это пятое колесо в телеге, но на социальном эволюционном пути от глиняного горшка к железному она всегда знала, что кто-нибудь позаботится о ней и захватит с собой.

Я чувствовал повышенную сосредоточенность Мутоло. Полагаю, он неустанно повторял себе, как мантру: «Я не существую, я не существую…» Я взглянул на него, боясь, что он может исчезнуть прямо у меня на глазах в мгновение ока.

Ведь чтобы сделаться невидимым, физическое исчезновение было единственным выходом.

– Итак, Мутоло, – сказал я спокойно, – я получил квитанцию на спорный счет за газ. Все благополучно решилось, – улыбнулся я.

Мутоло вздохнул с облегчением и прикрыл веки, расслабляя мышцы спины. Для таких, как он, подобное внешнее проявление эмоций было сродни крику болельщика, когда его команда забивает гол.

– Спасибо, адвокат, – произнес он ровно, радуясь и почти обожая меня.

Я был в состоянии уловить это. – Хм… Сколько я вам… Сколько я вам должен? – спросил Мутоло.

Я видел, как богатые бизнесмены покидали кабинет Спанны, ни разу не произнеся подобной фразы, и если Спанна после тщетного ожидания говорил им что-то относительно вознаграждения услуг адвоката, они принимали растерянный вид, лицо их становилось слащавым, и они пытались извиниться за то, что даже не спросили об этом.

Они ведь забыли. И тогда они виновато говорили, что у них нет с собой чековой книжки, а потом платили лишь несколько месяцев спустя.

Речь шла не о хитрости, речь шла о той редкой и драматически неизлечимой патологии, которую имел Мутоло, и которая научным языком называется «достоинство»: когда человек испытывает уважение к работе других. При особой необходимости такие люди могут даже провести несколько месяцев в жестоких страданиях, но оплатят оказанную им услугу.

– Ничего, Мутоло, и так нормально. Я, по правде говоря, только факс отправил, – произнес я и поднялся, протянув ему стопку писем, завернутую в белый лист, сложенный пополам, будто папка. – Сейчас мне нужно идти. Простите, но у меня много дел. Сохраните, пожалуйста, эти документы. Если вам придут опротестования, вы сможете показать эти бумаги. Мне подтвердят возврат суммы заказным письмом. Когда я его получу, я вам позвоню, и вы зайдете за ним.