Сказки на песке and cowboy

Эту фразу она прочитала в какой-то умной книжке. Любила она читать разную эзотерическую литературу и выискивать там созвучные ей фразы.

– Но что обо мне подумают окружающие? – засомневалось Тело.

– Ты ведь собралась жить, – язвительно сказала Душа, – а если ты будешь думать об общественном мнении, то лучше умри прямо сейчас.

– Послушай, – испугалось Тело, – но ведь тогда мне придется измениться, стать другой.

– Изменение, – наставительно сказала Душа, – это смена старого на новое, плохого на хорошее, поиск лучшего.

И если ты наконец-то найдешь лучшее для себя, я буду только рада. Ведь мы с тобой одно целое. И потом, – добавила она, – у мужчины тоже есть Душа и мне будет интересно с ней пообщаться.

– А как я узнаю о том, что это именно тот, кто мне нужен? – спросило Тело.

– А ты подходи к зеркалу и смотри в свои глаза. И если они будут светиться, значит, все в порядке.

– А если нет?

– На нет и суда нет – глубокомысленно заявила Душа и вернулась на свое место.

– Подожду еще, – подумала она, – может, что интересное еще случится!?

Я открыла глаза и увидела чужую люстру над головой.

И где это я? События прошедшего дня медленно всплывали в памяти. Я подошла к зеркалу и долго изучала себя, как будто впервые видела.

Через полгода полсе

Закончился шестой медовый месяц нашего путешествия по чужим домам: то городским квартирам моих подруг, наполненных детьми и домашними животными; то загородным домам его друзей – без горячей воды и удобствами во дворе, соответственно.

Полгода назад, обремененная тортом, я ехала в гости к заболевшему другу в первый день Нового года. Перевелись на земле русской Ильи Муромцы, остались только Соловьи-разбойники, – грустно размышляла я, вспоминая развод и его последствия. В надежде скоротать долгую поездку на другой конец города, я взяла с собой плеер и слушала целительную музыку Рахманинова, когда в закрывающиеся двери вагона стремительно вошел ОН.

Краем глаза я определила – пижон: шляпа, вычурная трость, потертые джинсы, шейный платок с изображением американского флага.

Сейчас сядет рядом – обреченно подумала я. И почему ко мне так тянутся странные мужики? Устроившись справа, мужчина раскрыл рюкзак и достал книгу. Мой плеер заглох – он явно не любил классику, и сквозь шум поезда я неожиданно услышала приятный баритон:

– А как называется ваш торт? Я молча повернула коробку этикеткой к нему.

– Нас-лаж-де-ние, – прочитал он по слогам.