Самаэль. Восстание из мёртвых

Она встала и неспеша подошла к противоположной стене, вдоль которой висел массивный наручник на цепи. Она задумчиво подёргала его, будто проверяя, насколько прочно он вбит стену, и вслух сказала:

– Чёрт меня дёрнул согласиться пойти с Салазаром… Сейчас бы сидела в Семиноре, в своём кресле, читала книгу и попивала бы чаёк из фарфоровой кружечки…

– Так вот о чём мечтают человеческие женщины, – раздался бархатистый баритон.

Наталия обернулась. Из тёмного коридорного проёма показался Самаэль. Его тело снова было чистым – не осталось и малейшего следа от недавнего кровопролития.

Он сделал шаг навстречу и замер, чтобы не напугать её. Он уже минут десять наблюдал за ней, спрятавшись в тени так, чтобы свет, исходящий из глаз, не выдал его присутствие.

Наталия невольно попятилась.

– Не бойся, – насколько можно, ласково сказал демон, – я не причиню тебе вреда.

Самаэль стал медленно сокращать между ними расстояние.

– Если ты хочешь горячего чая в уютном кресле, то я могу устроить это для тебя, – попытался улыбнуться он, – а также море книг.

Наталия изумлённо посмотрела на него. Холодная пелена ярости исчезла из его зелёных глаз, теперь они излучали мягкий, еле заметный свет. Его лицо с суровыми мужскими чертами лица – прямой греческий нос, тонкие губы, выдающиеся высокие скулы и подбородок – было вполне доброжелательным, если такое понятие можно применить к самому мрачному демону Преисподней. Высокий и статный, он излучал уверенность и силу, будто властный, уважаемый и любимый всеми правитель.

Его холодная и мрачная красота манила Наталию, как неизвестный плод на верхушке дерева, который нельзя достать. Девушка робко ответила:

– Если вам это не доставит неудобств, мой Господин.

Самаэль одобрительно кивнул и протянул девушке свою большую ладонь. Видя её замешательство, он подбодрил её:

– Не бойся, я же сказал, что не причиню тебе вреда.

Наталия осторожно протянула свою руку и накрыла его ладонь. Демон взмахнул крыльями, и они оказались в кромешной тьме. Наталия услышала пару хлопков в ладоши, и постепенно стало светлеть, обстановка открывалась взору.

Они стояли в центре небольшой, но уютной комнаты. Ноги утопали в пушистом ковре с затейливыми золотыми узорами. Мягкие кресла манили своей глубиной. Круглый столик на низких резных ножках был хорошо освещен люстрой с сотней-другой свечей, отблески которых отражались в хрустальных стеклах стеллажей со старинными книгами. Около стены возились несколько призраков, разжигая камин.