Совсем как ты

– Можно войти? Не сидеть же мне на улице.

– Мысль неудачная. Ребята смотрят футбол.

– Какой футбол в субботу вечером?

– Эль-Класико.

– Тьфу, йопта… – И сразу в полный голос: – Твою ж ма-а-а-ать!

И удар кулаком в стену.

«Йопта» означало всего лишь «совсем из головы вылетело: я бы тоже посмотрел, чем на улице сидеть». Второе ругательство, в развернутой форме, свидетельствовало, по мнению Люси, что Пол вспомнил о своих планах на этот уик-энд. Он обещал ребятам заказать пиццу, и каждый уже выбрал для себя начинки, а потом показать им, как делаются ставки, реальные ставки, реально денежные, через букмекерское приложение, которое он скачал на телефон.

(Ставки будут в пределах одного фунта, заверил ее Пол, и, по его мысли, расчет был на стечение ряда невероятных обстоятельств, которое обеспечит астрономическую сумму выигрыша. Это полезно для развития математических способностей, утверждал он, тем более что дети пока что богатством не испорчены.) Но теперь он сам разрушил эти планы, он уничтожил вечер, которого ждали они все, и этот непристойный крик души (вкупе с более однозначным ударом по стене) выражал должное самоосуждение.

– Думаю, им не стоит смотреть на тебя в таком виде. Когда ты начал пить?

– До пяти все было в норме. Но по выходным, если рядом никого нет, пять часов – тяжелое время.

– Понимаю.

– Неужели?

– Да, представь себе. Когда дети по субботам с тобой, ощущение очень странное.

– В этот раз, поскольку накануне я выпил, у меня не получилось взять их к себе.

И я добавил. С-с-сука.

– Да, ты говорил.

Пол беззвучно заплакал. По щекам стекали редкие слезы. Это была агония. Агония для него, агония для Люси, и эти две агонии, уже неразличимые, сплавились воедино, превратившись в облако мучительной тоски, которое накрыло обоих на темном, сыром, заблеванном тротуаре; Люси чувствовала, что должна убраться отсюда подальше и любым способом унести свое облако с собой, пока они с Полом оба не утратили дееспособность.

– Давай дойдем до конца улицы и вызовем такси. А я предупрежу Ричарда, что ты уже в пути.

– Как зовут парня, который мне врезал?

– Его зовут Джозеф. Сегодня он в первый раз подрядился присмотреть за детьми.

И видимо, в последний, добавила она про себя.

– Извинись за меня, ладно?

– Притом что он тебе врезал?

– Это еще не все. Ты, очевидно, догадалась.

– Да, не скрою.

– Я, между прочим, одобряю. Готов поспорить, мальчишки его приняли.